Три дня. Чтобы из изгоя, солдата, орудия стать командиром. Чтобы научиться не просто убивать или защищаться, а вести людей в ад. Чтобы приручить силу, которая "заражала" Глубину и треснула Джармода.
Лагерь "Молота Диссонанса" раскинулся на самом краю отвоеванных земель у Падшего Камня. Это не было похоже на лагерь элитных частей. Не было блеска доспехов, чинных рядов палаток. Было функционально и мрачно. Алхимики в прожженных реагентами робах колдовали над переносными стабилизаторами. Землекопы с резонансными кирками, похожими на гигантские камертоны, проверяли инструменты, их низкое гудение сливалось с ветром. Несколько бесформенных теней – люди Ариель – растворялись на периметре. И ядро: два десятка мужчин и женщин в потертых, но крепких доспехах с выгравированным символом щита – "Щитовые" Берты. Их лица были суровы, глаза – сдержанная боль и непоколебимая решимость. Они смотрели на Маркуса не с восторгом, а с вызовом и ожиданием.
Маркус стоял перед ними, чувствуя тяжесть взглядов ста человек. Джармод был его тенью, серая дымка пульсировала – вечный надзиратель и напоминание о цене потери контроля. Ариель материализовалась рядом, ее голос тихий, но четкий:
"Мои 'тени' уже в Каньоне. Карта частотных ловушек и точек концентрации шаманов – в твоем кристалле-концентраторе. Горны знают, что удар будет. Но они ждут орду, а не... диссонансного клина." В ее глазах светился холодный азарт. Это был ее шанс блеснуть, добыв критическую информацию. Шанс приблизиться к Совету.
"Строиться!" – голос Маркуса прозвучал громче, чем он ожидал. Не командирский рев Боргуна, но твердость камня. Гармония внутри, обычно бурлящая или спящая, отозвалась ровным гулом – не яростью, а фокусом. Он вспомнил уроки Хангра:
Сто человек двинулись, заняв позиции. Не идеальный строй, но единый организм, собранный из осколков, но готовый к удару. Маркус поднял концентратор Озранауна. Кристалл отозвался теплым резонансом в его ладони.
"Мы – не таран!" – начал он, его голос несся над лагерем. "Мы – отравленная игла. Наша цель – не убить зверя в лоб. Наша цель – сломать ему голос! Каньон – их рупор. Мы войдем. Мы найдем 'Глотку Бездны'. И мы... заразим их песню!" Он видел, как "Щитовые" сжимают кулаки, как алхимики переглядываются с пониманием. "Алхимики – держите щиты стабильными. Землекопы – ломайте опоры их резонанса. 'Тени' – ведите нас сквозь ловушки. 'Щитовые'..." – он встретился взглядом с их командиром, седым великаном с шрамом через глаз, – "...будете моим щитом. Как Берта была щитом для Торвина. Для меня. Не дадите их силе сломать нас, пока я бью в сердце их зова!"
"ЗА ЩИТОВУЮ!" – рявкнул седой великан. Рев подхватили остальные "Щитовые", а за ними – алхимики, землекопы, даже тени Ариель отозвались глухим гулом. Это был не клич победы. Это была клятва мести и долга.
Вальтур наблюдал издалека, с уступа командного пункта Боргуна. Его безупречное лицо было бесстрастно, но в глазах читалось ледяное спокойствие. Он видел в этом возможность перемен в Клане благодаря Маркусу,осталось лишь его правильно направить и не он один видел возможность в этом, но если Ариель видел в Маркусе лишь усиление своих позиций, а Джармод как Тень Патриарха видел лишь опасность, пока которая приносит пользу, авантюру, то Вальтур видел возможность для усиления Клана.
Ариель же, стоя в тени у палатки Маркуса, улыбалась. Ее расчет был точен. Маркус принял командование. Он стал ее ставкой в большой игре. Его успех – ее путь в Совет. Его провал... она позаботится, чтобы вина пала не на нее. Она уже видела, как ее "тени" слились с отрядом, как ее информация станет основой их пути. Инвестиция сделана. Осталось дождаться дивидендов.
Маркус опустил концентратор. Три дня. Три дня, чтобы превратить мстителей в единый "Молот Диссонанса". Три дня, чтобы научиться не просто бить, а вести удар. Три дня до входа в Каньон Ревущих Духов, где его ждали не только шаманы и ловушки Горнов, но и эхо его собственной силы, "заразившей" Глубину. И тень Вестника Бури, который, возможно, уже не был прежним. Он сжал кристалл, чувствуя его тревожный резонанс. Путь к "Глотке Бездны" начинался здесь. Путь командира. Путь "отравленного лезвия". И первым шагом было не наступление, а объединение ста осколков в оружие под знаком щита Берты.
Лагерь "Молота Диссонанса" кипел не просто активностью – он вибрировал от целенаправленной ярости и дисциплины, наложенной на хаотичную природу его бойцов. Расположенный на выжженном плато у подножия Серых Клыков, он был открыт всем ветрам, дующим со стороны владений Горнов. Воздух пах гарью Падшего Камня, озоном работающих кристаллов и потом тяжелой работы. Маркус стоял на импровизированном командном пункте – каменном выступе, откуда видел все.
