Меньше всего Сара желала полюбить Данмори, но разве можно было на это рассчитывать, глядя на величественные башни, устремленные ввысь? Сам замок, одиноко стоящий на вершине холма, казался недосягаемым и неприступно-гордым, пренебрежительно сносящим стекающие по гранитным камням нескончаемые потоки воды и не замечающим того, как мало осталось от его былого величия.
Сара влюбилась в него с первого взгляда, однако ей сразу стало ясно, что это еще и огромная ответственность.
Как и следовало ожидать, Лайам совсем ошалел от восторга.
– А ты говорил, что рва нет, – укорил он отца, когда они проезжали по мосту, под которым плескалась вода.
– Я думал, это вырыли специально для того, чтобы вода стекала вниз и не затопила замок, – очень натурально удивился Флинн.
– Может, и то, и другое? – улыбаясь, сказала Сара.
Флинн удивленно и радостно посмотрел на нее.
– Здесь очень красиво, – ответила она на его немой вопрос.
В Монтане весна только вступала в свои права, тогда как здесь она уже была в самом расцвете, и Сара любовалась вековыми деревьями-великанами и изумрудным покрывалом холмов, пока не съеденным овцами, от количества которых у нее глаза полезли на лоб.
Флинн молча улыбнулся ей в ответ. Сара заметила, что чем ближе они подъезжали к замку, тем чаще на его лице показывались морщинки. Может, он думал о том, как представить ее и Лайама своей семье и какую реакцию вызовет их появление? А может, жалел о своем поспешном приглашении, когда впереди его ожидали дела.
Если это так, то поздновато он спохватился, нахмурилась Сара. Флинн сам настоял на их приезде, хотя в одном, конечно, он прав: Лайам заслуживает отцовской любви, как бы ни опасен был Флинн для ее сердца. К тому же так она сможет узнать его с совершенно новой стороны, в окружении, в котором он привык находиться.
– К сожалению, не могу обещать, что внутри будет так же красиво. Совокупный доход с ферм и мой собственный не располагают к роскоши, – произнес Флинн. – И конюшня, которую мой брат собирается перестраивать, требует больших вложений, а окупятся они не скоро. Боюсь, рано или поздно нам придется расстаться с замком. – По его лицу прошла судорога. – Мне ненавистна эта мысль, но таково настоящее положение дел, – добавил он.
Машина остановилась. Лайам, не слышавший ни слова из разговора родителей, выскочил под дождь. Заметив, что Флинн собирается его окликнуть, Сара сказала:
– Пусть побегает. Он слишком долго находился без движения.
– Он промокнет.
– Ничего, не растает. Дождь теплый. В замке высохнет.
Флинн хотел сказать, что это вряд ли, но промолчал.
Массивные двери замка открылись, и Сара увидела мужчину, очень похожего на Флинна.
– Дэв, мой младший брат. Дэв, познакомься, это Сара, мать Лайама.
Дэв взглянул на резвящегося рядом мальчика, и на его лице проступило выражение легкого шока.
– Он же вылитый Уилл!
Флинн кивнул.
– Подожди, я тебя с ним познакомлю.
Дэв немного опомнился.
– Пока ты разбираешься с вещами, я позабочусь о нашей гостье. Прошу за мной, – обратился он к Саре.
Флинн недовольно посмотрел в спину удаляющегося Дэва, но решил, что у него еще будет время провести его вдвоем с Сарой.
Войдя в гостиную, Сара ахнула про себя, ошеломленная ее размерами, колоннами, облицованными мрамором, гобеленами и количеством потускневшей от времени позолоты. Все это великолепие дополняло огромнейшее зеркало.
– Наверное, я должна снять обувь, – боясь промочить ковры, которым было несколько сотен лет, сказала она.
– Если не хотите промокнуть, то лучше остаться в обуви, – весело заметил Дэв. – Крыша протекает. Здесь, конечно, еще сухо, но пол холодный, а ковры давно прохудились. Давайте я отведу вас в голубую гостиную – там теплее. Или, может, сначала выпьете чаю с дороги?
– Не откажусь.
– Отлично. Тогда лучше на кухню. Боюсь, Дэйзи сейчас занята – готовит для вас спальню.
– Что вы, – запротестовала Сара. – Мне ничего не нужно, кроме чистого постельного белья. Все остальное я сделаю сама.
– Для Дэйзи это не в тягость, а вы устали, – отмел ее возражения Дэв. – Кстати, вы ничего не имеете против собак?
Сара не успела ответить, как навстречу к ним бросились три спаниеля и огромный волкодав.
– Не бойтесь, – успокоил ее Дэв. – Они вас не тронут.
В сопровождении четырех собак Сара следовала за Дэвом, а со стен на нее высокомерно взирали предки Флинна…
– Располагайтесь, а я приготовлю вам чай, – объявил брат Флинна, когда они дошли до кухни размером в половину ее дома.
Дэв включил чайник и сел на стул. Сара почувствовала, что краснеет под его пристальным взглядом.
Дэв улыбнулся.
– Ну что ж, добро пожаловать в Ирландию, – сказал он. – Должен признаться, сегодняшний сюрприз стал самым приятным за последнее время. Точнее, оба сюрприза.
– Извините, не понимаю.
– Я только сегодня утром узнал, что у меня есть племянник.
– А второй?
– Второй? – Дэв улыбнулся еще шире. – Мне очень нравится, как вы влияете на Флинна.
– Но я не… – запротестовала Сара.
– Поверьте, это так и есть. Мне хватило одной минуты, чтобы понять, что Флинн изменился, и мне нравятся эти перемены. До этого вас с ним рядом не было, значит, причина в вас.
