Она никогда не хотела становиться матерью.
Получив диплом по истории искусств, устроилась на работу в художественную галерею ассистенткой. Зарплата была небольшая, зато было куда расти. Начальница выглядела как фотомодель, а коллеги в разговорах постоянно упоминали имена знаменитостей. Она впитывала в себя атмосферу, ходила на все вечеринки. Обожала цоканье каблуков по мраморному полу – этот звук казался ей обещанием на будущее. Тогда она считала, что начинает делать карьеру, что вскоре пробьется наверх.
Но реальность ее разочаровала. Искусство – это продукт, и галерея работает прежде всего на художника, коллекционера или куратора. На работе начальство держалось безупречно, но по вечерам все разбегались по барам и ночным клубам – пили, курили и нюхали кокаин. Со сцены они провозглашали идеалы, в которые сами не верили. Публика поднимала бокалы с красным вином и праздновала успех, смысл которого не понимала. Это была пищевая цепочка, и она находилась на самом дне, отдавая все свое время работе, которая приносила деньги, чтобы оплачивать психотерапию или алкоголь. В переулке она поцеловалась с коллегой и проглотила свою гордость в туалете, пропахшем мужским одеколоном и женскими духами. Она оставляла свой мопед подальше, чтобы никто не видел, на чем она приехала. Она вытащила из багажника поношенные кеды и заклеила пластырем натертые пятки. Косметика у нее размазалась, волосы растрепались. Она набросила дождевик и поехала домой – в свою квартирку в пригороде возле моста, больше не надеясь на будущее.
В этом городе постоянно шел дождь. Меньше чем за два года она устала от мимолетных отношений, которые завязывала и разрывала. Наконец в один пасмурный день она поняла, что с нее хватит. Никаких больше колебаний. Она подала заявление об увольнении, села на свой мопед, припаркованный у входа, и уехала прочь.
Не успела она порадоваться свободе, как ее охватил страх. Она все ехала и ехала, вдоль северного берега, от Тамсуй до Килуна. По дождевику текла вода, небо было серым, но видимость оставалась прекрасной. Мрачный северный город отлично просматривался на берегу. Внезапно у нее кончился бензин. Она думала, что дотянет, но нет. Заправок поблизости не было, но она заметила у дороги автомастерскую и покатила мопед туда.
– Есть кто-нибудь? – смущенно позвала она, стоя перед рядом скутеров.
– Да, – ответили изнутри. – Погодите минутку.
Он вылез из-под подъемника и застенчиво улыбнулся.
– Здравствуйте.
Ей было двадцать пять, ему – двадцать семь. Его «здравствуйте» проникло ей в самое сердце. Она сказала, что живет поблизости – за мостом. Он дал ей немного бензина – достаточно, чтобы проехать пару километров. Она поблагодарила его и задержалась поболтать. Что-то щелкнуло, что-то начало расти. На следующий день она пришла с угощениями: сказала, что хочет его отблагодарить, а заодно сделать профилактический техосмотр.
– Это займет время. Можете пойти прогуляться, поужинать, а потом вернуться.
– Нет, – ответила она, протягивая ему пирог с та́ро[40]. – Я подожду здесь.
Он расчистил для нее место, придвинул маленький столик и металлический стул. Вымыл руки, аккуратно разрезал пирог, не просыпав ни крошки, и подал.
