«Я нервно поправляла платье и чуть не порвала его от злости, мне хотелось рыдать и кричать от злости. Как оказалось идея матери записать меня и Джереми на танцы было не просто из-за того что это полезно для здоровья, а чтобы мы станцевали на свадьбе ее подруги. Как я могла быть наивна, полагая что она просто печется обо мне? Так оказывается Джереми знал об этом, но не говорил, думая что тут ничего такого не ту. Я стояла в прихожей, вспоминая позор того как меня пригласили на сцену танцевать, а я убежала.
— В чем проблема? — спросил Элиот подходя сзади.
— Я не хочу танцевать. — шмыгнла я носом.
— Это я уже увидел, почему?
— Я б-боюсь выступлений на публику.
— Почему?
— Все глаза будут на мне и я просто опозорюсь, падая от стресса.
— Во-первых, ты реально думаешь сейчас кто-то будет смотреть на тебя? Все в стельку пьяные и ждут торт. Во-вторых в профессиональном танце партнёра растворяются в друг друге и не видят никого вокруг.
— Я не хочу танцевать с Джерами. — я была слишком зла на него.
— Я с танцую. Если ошибусь, тем более тебе будет легче.
— Х-хорошо.
— Жди здесь я поставлю музыку.
Он ведь даже не спросил какая мне нужна. Меня предвкушала идея станцевать с ним. Элиот не был похож на человека, любящего танцы. Заиграл блюз — “Cold,cold feeling” by Albert Colins, неужели он знает мой вкус.
Он подошёл ко мне и взял меня за руку. Мы заходим в зал полный людей и пытаюсь акцентировать внимание только на Элиоте. Он стоит прямо, и выглядит обеззараживающее. Он никогда не любил правила, поэтому на. Нем не было галстука, а пиджакам был в военном стиле со значками. Его взгляд был тёмный и загадочный. Я чувствовала напряжение между нами, ведь так не смотрят на человека, кто просто друг семьи с которым тебя ничего не связывает. Он поставил руку на мою спину и прижал меня к себе. Он кратчайшего расстояния и его прикосновений — от мимолетного контакта бедер, я просто горела. Это был интимный момент, чувственнее других плотский деяний. Он был прав, мы сливаемся в друг друге, становясь одним целым, ведь в зале так много людей, но перед моими глазами только он. Но я двигаюсь не замечая никого. Существую только я и он. Я поднимаю глаза, наконец поборов своё смущение и уже не мог оторвать их от него. Но мне приходиться, потому что он кружит меня в даль, но как скоро я оказываюсь в его объятиях, я не хочу выходить из них. Незаметно я прижалась к нему сама. Нам не надо произносить и слова, чтобы показать как же нам хорошо.
Я чувствую его сбившееся дыхание на себе. Мое сердце колотиться, словно сейчас выпрыгнет. Дыхание сбиваться. А буря эмоций кишит во мне. Но я этого не показываю, а просто улыбаюсь, давая вызов ему. На его лице появилась хищная ухмылка. Только сейчас я замечаю, что весь танец вёл он. Но вот сейчас — когда песня приобрела больше ритмичности — я приобрела уверенность и решила взять все под свой контроль. Я шла на него, словно захватывая зверя в клетку, а он грациозно уворачивался. Он вёл свою игру, когда дела эти случайные и «непроизвольные» действия в мою сторону, зная что это делает со мной. И вот опять он сжимает мою ладонь в своей и дергает меня к себе, теперь он охотиться за мной и я хочу быть пойманной. Наша синхронные и ритмичные движения, передают как мы тонко ощущаем друг друга. Музыка медленно замолкает и решаюсь дерзко закинуть ногу на его ногу, оголяя кожу до колена. Зал стоит в тишине и мы просто уставились один на одного. Я не хотела чтобы это кончалось, и в его взгляде читалось что он тоже не хотел.»
— Ты ведь и тогда сделал это специально?
— Может быть.
«Должна признать, это был самый восхитительный танец моей жизни» — подумала я.
— Мой тоже. — тихо произнёс Элиот. Кажется я опять думала вслух. От сильного чувства ностальгии, я быстро управилась со своим вином и нагло выпила виски из стакана Элиота. Он посмотрел на меня понимающим взглядом и налил еще. Вот так было всегда. У нас была связь, понятная только нам. Сколько бы мы, сколько бы я этого не отрицала.
Джаз смениться какой-то популярной попсой. Я отряхнула мысли и начала двигать телом в такт, в какой-то момент песня мне начала нравиться и просто отрывалась под нее. Я резко повернулась посмотреть на Элиота и он не ожидав забыл скрыть свои эмоции. Как бы я хотела чтобы он был более открыт со мной, надеюсь время это исправит. За эти несколько секунд, я увидела что он смеялся вслух. Гон единственный человек, которому я прощаю даже смех над собой, просто потому что от его улыбки становиться тепло на душе. Я начала медленно подходить к нему.
— Я смеялся не над тобой, я просто провожу хорошо время. — Со мной, подумала я.
— Ну как давай ко мне. — я притянула его к себе за руку и потащила вперед. Все еще играла попса, но песня словно поменялась по настроению. Это был более медленный и чувственный трек, такой который ты бы включил во время занятия любовью.
