— Ух, ты! Раздухарился-то, как! Аж, жаром пышет! Ты, нервы-то побереги. Никто тебя назад не отправит. По крайней мере, пока. А, вообще, я тебя понимаю. И, даже, в какой-то мере, сочувствую.
— Интересно!
— Ничего интересного. Тебя выбрал Луч солнца. А это много значит.
— Я уже в курсе. Моя миссия — спасти этот мир.
— Это то, что лежит на поверхности.
— Есть что-то ещё?
— Есть.
— Что именно?
— Понимаешь, Солнечный рыцарь — это, своего рода, тоже артефакт. Скажем так — восьмой осколок. И обладать им, то есть, тобой, хотели бы многие.
— Обладать? А меня спросить? Я вам, что, вещь, что ли?
— Нет, ты — человек. И именно поэтому тебя нельзя просто завернуть в тряпочку и положить в торбу. Но, тобой можно манипулировать. Примерно так, как делает сейчас Марголий.
— Марголий мной манипулирует?
— Не совсем, конечно. Но, в будущем — вполне возможно. Ведь, надолго он тебя от себя не отпускает. И, кроме того, загружает тебя своими поручениями. Конечно, причины уважительные. Ты, таким образом, встраиваешься в этот, такой непривычный для тебя, мир, учишься жить в нём и обретаешь необходимые навыки. Но, поверь, у других сил, мечтающих заполучить тебя, намерения окажутся не менее благими.
— У других сил? Вы имеете в виду тьму?
— Ну, тьма — это само собой. Это то, что, как раз, лежит на поверхности.
— Вы меня пугаете.
— Надеюсь, это, просто, оборот речи? Пугливый Солнечный рыцарь нашему миру не нужен.
— А, мне деваться некуда. Как вы мне уже пояснили, назад отправлять меня никто не собирается в ближайшее время. Так, что, давайте ближе к делу. Кто ещё претендует на мою тушку кроме тьмы?
— Проще назвать тех¸ кто не претендует.
— Может, всё-таки, объясните мне, что происходит? Насколько я знаю, я, сейчас, на стороне света. Но, на меня претендует и тьма. Точнее, я тьме мешаю, и она хочет меня устранить. Кто же ещё? В этом мире появились серые? Этакие, полутёмные, полусветлые?
— Ты мыслишь категориями тёмных сил. Для них есть, только, чёрное и белое. А для света такое разграничение неприемлемо. Если взять стеклянную пирамидку и пропустить через неё солнечный луч…
— Знаю-знаю! Мы в школе проходили. Призма раскладывает белый свет на семь цветов. Каждый охотник желает знать… И, так далее.
— Ничего не понял из той абракадабры, что ты сказал. Причём тут охотник?
— Нас учили, что белый свет разделяется на семь цветов в строго определённом порядке. Красный, оранжевый, жёлтый, зелёный, голубой, синий и фиолетовый. А для удобства запоминания придумали поговорку, в которой первая буква каждого слова соответствует первой букве определённого цвета. Каждый охотник желает знать, где сидит фазан.
— Тогда, понятно. Любопытный способ запоминания.
— Оптические эффекты, это, конечно, хорошо. Но мы отклонились от темы нашего разговора.
— Мы не отклонились. Силы света, как и в опыте с лучом, так же не однородны и имеют оттенки. Правда, к сожалению, в вашу поговорку про охотника и фазана, они не укладываются.
— Подождите! — влезла в разговор Элана. — Вы имеете в виду, что вокруг нас, уже, плетутся интриги? Но, как такое возможно, если равновесию нашего мира угрожает опасность?
— Очень, даже, возможно. Солнечный рыцарь — очень мощный аргумент, и каждый хочет иметь его в своих внутриполитических играх.
— А равновесие?
— Равновесие, конечно, вне обсуждения. Все хотят его сохранить. Но, пути и цели сохранения у всех разные. И, кто, в итоге победит, тот и будет у власти в обновлённом мире.
— Это владетели конкурируют между собой, чтобы спасти мир? — предположил я.
— Нет. Это было бы слишком мелко. Заинтересованные силы образовали альянсы. Очень, скажу тебе, сильные и могущественные. И каждый стремиться заполучить тебя.
— И, что это за альянсы?
— В этом предстоит разобраться тебе. Я не могу дать тебе такой расклад.
— Не можете, или не знаете?
— Не могу. Солнечный рыцарь должен действовать не по чьей-либо подсказке, а по велению своего сердца. Любой советчик только навредит.
Что-то мне всё это не нравится. Мне сразу не понравилось, конечно, что меня вырвали из привычной жизни и перенесли сюда без спроса. Но, чем дальше, тем, вообще, страшнее.
— А вы, к какому альянсу принадлежите? — нарушил я молчание.
— Маги отшельники никогда ни к какому альянсу не принадлежали. На то они и отшельники. Мы, просто, живём вдали от людей и наслаждаемся одиночеством.
— Но, как можно наслаждаться одиночеством? — возмутилась Элана. — Это же так невыносимо!
— Что именно?
— Невозможность общаться! Как это, хотя бы раз в день не сказать кому-то пары слов?
Я хмыкнул. Ну да. Для Эланы не поговорить — самая страшная пытка. И парой слов она, вряд ли, обойдётся.
— Я общаюсь.
— С кем?
— С магией. Моя жизнь это магия. Я живу ею, с ней общаюсь и у неё учусь. Разве, ты не слышала, что отшельники — самые сильные маги?
— Слышала, конечно. Но, не придавала этому значения.
— А это так! Всё потому, что мы не владеем магией в прикладном смысле. Нам не нужны дворцы и прочие удобства. Мы не плетём интриг и не жаждем поклонения себе любимому. Наша цель — совершенство.
