Попасть из арбалета в тонкие черточки приближающейся фигуры было непросто, но я справился, истратив три болта. Истратив без толку — как прошедшие между линиями, так и сквозь нее никакого эффекта не произвели. Метко брошенное Айнаром огненное зелье несколько притормозило надвигающуюся парочку, а полетевший следом флакон, разбившийся облаком мерцающей взвеси, несколько уменьшил контрастность творений давно мертвых (надеюсь, окончательно) художников- примитивистов.
— Серебро! — Выдохнул он. — Работает, значит нежить. ну, скорее всего.
Хорошо, что я так и не собрался сделать серебряную цепочку на копье легкосьемной. Аргументы «за» были серьезные — бесполезность в сражении с живыми и вероятность повредить ее, а другой у меня просто не было. Но вот в подобной ситуации вернуть на место времени бы не хватило. Его и на то, чтобы вскинуть копье и кое-как отмахнутся от просочившихся через решетку силуэтов хватило едва-едва.
Если после прохождения сквозь облако серебряных частиц контуры хтони херовой побледнели где-то на треть, а скорость упала вдвое, то прочерченные наискось цепочкой из того же серебра четкость убавили, дай Ктулху, процентов на пять, а скорость не снизили вовсе. Оказавшийся первым на их пути Айнар успел отпрыгнуть от одного, уклонится от рук-черточек второго, выгнувшись, пропустил над собой взмах еще одной одномерной руки. Но твари слишком шустрые, опять догнавший его первый одновременно резко и плавно ткнул обе конечности куда-то в район ребер воина. И кольчуга, и поддоспешник ожидаемо оказались бесполезны, чуть лучше показал себя амулет, вспыхнувший голубоватым светом — и погасший, когда в спину вошли руки второго.
Пришло осознание, что если что-то не придумать, то количество погибших сегодня моих спутников удвоится. Конечно, он сам виноват — нечего было лезть поперед батьки. С другой стороны, убьют его (а то и чего похуже) — следом возьмутся за меня. Да и скучно самому, новых друзей заводить долго, а к этому вроде как привык. К тому же, есть у меня одна интересная индейка.
Снова косой взмах листовидного наконечника, но в этот раз по древку проходит поток энергии, при контакте с цепочкой разделяясь на множество крошечных жгутиков, которые сметают микрочастицы серебра, создавая убийственный для нежити шлейф. Недостаточно, к сожалению, убийственный — черточники хоть и опять побледнели, но выжили. А еще переключились на меня.
Взмах, взмах, взмах — на нормальный копейный бой это мало похоже, но общее есть — не подпустить врага к себе. Сейчас это чревато даже больше, чем с каким-нибудь живым мечником — хрипящий на каменном полу и постаревший как бы не вдвое Айнар не даст соврать, а ведь мана у меня имеет свойство заканчиваться. Не дожидаясь этого момента, тянусь к догорающей луже огненного зелья, восполняя резерв конвертацией — ну такое себе, усвоилось не более трети. С другой стороны, за отсутствие чувства выкручиваемых кишок это еще и не дорого, а с полным резервом и думается лучше. Почему бы не попробовать ударить нападающих непосредственно энергией? Неизвестно, есть ли у них упомянутое покойным Сеаном аурное сопротивление, как и сама аура — во всяком случае в энергетическом спектре они отображаются теми же черточками. Но существа они не материальные, значит и бить их так можно.
Думать вредно. Это я понял, когда мой энергетический жгут схлестнувшийся с черточником, оказался высосан в долю секунды. Каким то чудом я успел разорвать контакт, иначе через этот жгут высосало бы уже меня. А еще эта сука восстановила свою четкость до прежних значений, если не больше.
Опять взмах, опять тяну на себя остатки догорающей лужи — последние остатки. Впрочем, и места в ловушке не так много, а меня уже оттеснили практически к задней решетке. Нужно было смещаться в сторону первой, вдруг удалось бы заманить нежить в огонь. Хотя я ж его сам высосал — назад насосать посложнее будет, а что делать. Знания и умения, используемые для конвертации, они вложены системой — и это лучше, чем если бы сам их изучал, они намертво прошиты в моей голове. С этой самой головой ныряю в транс — риск, смертельный риск, но без этого просто смерть. Кто знает, баг это или фича — но, мысленное усилие, подстегнутое потоком маны позволило частью сознания решать вопросы выживания, оставаясь в том же трансе — и два потока мышления работают в ускоренном режиме, даже если только один занят крафтом. Сквозь сгорающие нейроны приходит понимание, что обратную конвертацию можно провести с гораздо более высоким КПД, чем прямую — достаточно своей маной напитать даже крошечную искру возможно, главное чтоб она нашлась.
Она нашлась. Притянутый жгутом на острие копья, опутанный сотнями паутинок из энергии, язык пламени разросся, обвил бронзу наконечника. Другой жгут с уже отработанной щеткой продолжал сметать чешуйки, которые теперь не просто шлейфом следовали за взмахом копья, а еще и красиво горели. А красота, как известно страшная сила, и силы теперь равны.
