— Но я, как видишь, жив и здоров, хоть и опускался к флейту на сказанную тобой глубину. Можешь даже меня потрогать, — протянул я свою руку матросу, дабы он убедился, что перед ним не привидение. — Более того, я каждый раз около корабля по часу находился. На самом деле находиться на глубине не опасно, просто нельзя быстро подниматься, чтобы не случилось так называемой декомпрессионной болезни. Если говорить проще — сколько на дне пробыл, то столько же времени и поднимаешься, если не больше.
Заметив непонимание на лицах матросов, решил прочитать им краткую лекцию о причинах возникновения «кессонной болезни» и о мерах её профилактики.
— Скажу больше, с недавних пор на территории корпуса имеется колодец глубиной сто футов, в который мы с вами будем погружаться, и самое главное, безопасно подниматься с его дна, — завершил я лекцию. — А теперь, коли у вас имеются свои водоотталкивающие перлы, а также артефакты для дыхания и освещения, я сделаю каждому перлы связи и обогревающие артефакты. Сразу говорю, перлы связи это новейшая разработка и они будут выдаваться вам только на время погружения. Вы люди военные и не хуже меня знаете, что в столице полно шпионов всех мастей. Не хочу вас искушать, а затем искать по всей стране или, что более вероятно, опознавать ваши тела, найденные в какой-нибудь канаве. Я понятно выразился? Если вопросов больше нет, то по одному подходим к столу на кафедре.
Создать десяток несложных перлов не составило для меня труда и уже через час все будущие глубоководники повесили себе на шею амулеты с обогревающими перлами, подобные тому, что я кучеру делал.
— Ещё раз всем повторю, что перл отдаёт тепло через любую одежду, которая прикасается к телу, — напомнил я сказанное ранее каждому в момент формирования артефакта. — Поэтому не забываем про варежки и подшлёмники, если не хотите, чтобы у вас под водой руки с головой замёрзли. Впрочем, судя по вашим лицам, вы уже это и сами поняли.
Забавно было смотреть на недоумевающие лица парней, когда артефакты начали подогревать их форму. Некоторые даже бескозырки снимали, чтобы убедиться в правдивости моих слов. Хорошо хоть в ноги мне не бросились да челом пол не били, как это сделал Гришка, когда получил свой первый артефакт.
— А теперь все идём во двор, садимся на телеги, которые нам любезно предоставил адмирал Карцов и едем на набережную Невы испытывать перлы связи. О своей амуниции не переживайте — она уже погружена. Командуй Чиф нашей ватагой, — передал я бразды правления дяде.
— Какая ж это ватага? Ватага — это артель рыбаков, — возразил Павел Исаакович, — А у нас, судя по позывным, одни рыбы.
— Косяк водолазов как-то двусмысленно звучит. Не находишь? — заметил я.
— Значит стая, — улыбнулся дядя, довольный тем, что нашёл подходящий синоним названия подчинённых.
— Князь, это Чиф, — прозвучало в водолазном шлеме. — Что там у тебя?
— Напомни мне, чтобы я в Неве не вздумал купаться, — ответил я на вызов. — Видимость куда ни шло, а дно такое же илистое, как у деда в озере Кучане. Ещё и хлама всякого полно, того и гляди ноги поломаешь.
— А я тебе всегда говорил, что Нева это огромная сточная канава, — заметил Павел Исаакович. — Следующего водолаза можно запускать? А то я глупо выгляжу с саблей в руке, клинок которой в воде.
— Запускай того, кто готов, — дал добро я.
Клинок в воде ему, видите ли, невместно держать. Пусть скажет спасибо, что я для перла подводной связи удочку не приспособил. Князь в мундире подполковника, ловящий в Неве рыбу на удочку — есть над чем посмеяться. А что было делать, если ультразвуковая подводная связь работает только в воде? Вот и пришлось инкрустировать артефакт в рукоять одной из сабель, которых у меня в подвале штук десять. Павел Исаакович себе пенсию с правом ношения мундира выхлопотал, так что и холодное оружие при его погонах не вызывает вопросов.
— Князь, Чиф, это Жерех, — послышалось в шлеме. — Как меня слышно?
— Жерех, это Князь. Слышу тебя хорошо. Выдвигайся на свет моего фонаря, — скомандовал я. — Только под ноги смотри.
И, правда, чего только нет на дне Невы. Потерянный судовой якорь, телега и даже остов шлюпки успел заметить.
Да и Бог бы с этим мусором, я не нанимался дно Невы чистить. Для этого специальные службы есть, а если нет, то пускай заведут. Главное, что подводная связь работает, как и задумывалось.
А что это мимо меня плывёт. Чья-то порванная юбка?
— Чиф, погляди вокруг, там вверх по течению никого не насилуют?
— Карп и Окунь, пока костюмы не надели, пробегитесь по берегу вон до тех сараев…
В продолжение, о юбках. На самом деле тревога оказалась наполовину ложная. Наполовину, потому что, откуда бы взяться женской одежде в Неве около Морского корпуса? Не на Стрелке же около Биржи женщин насилуют — там ведь советами достанут. Ну а, правда жизни такова, что Пётр Исаакович успел познакомиться с московской вдовушкой-купчихой Минаевой, пока мы с его братом купали в реке нашу подводную стаю.
