Я улыбнулся, заметив, как она поправила выбившийся из безупречной причёски локон. Но стоило мне посмотреть в её сторону, как она тут же отвела взгляд, делая вид, что поправляет журнал на столе. Села за кафедру, открыла конспект лекции.
Через мгновение украдкой глянула на меня, но я уже успел поднять голову — и она снова отвернулась, прикусив губу. Женщины…
— Мы продолжим тему греческих полисов, — Виктория раскрыла журнал. Кто-то в задних рядах торопливо захлопнул ноутбук. — Петров, расскажите о системе управления в Спарте.
Худощавый парень с задней парты вздрогнул, оторвавшись от переписки в телефоне. Его соседка сочувственно хмыкнула.
— Э-э… В Спарте были эфоры… — начал он неуверенно. — Они следили за царями и…
Петров запнулся, нервно теребя рукав. Раньше Виктория непременно вызвала бы меня, спровоцировала на спор. Теперь же она держалась подчёркнуто официально.
— И геронты, — подсказал кто-то шёпотом.
— Да, и геронты! — воспрял духом Петров. — Они входили в совет старейшин…
— Достаточно, — прервала она его мучения. — Соколова, дополните ответ. Какую роль играли цари в спартанском обществе?
Анна поднялась с места, поправляя фамильную брошь. Дочь банкира всегда готовилась к занятиям. Должность отца в «БалтикаНордВест» банке обязывала поддерживать репутацию.
— В Спарте существовала диархия — правление двух царей, — она говорила чётко, словно зачитывала доклад. — Они возглавляли войско, выполняли жреческие функции…
Я разглядывал аудиторию, пока она отвечала. Вон Степанов строчит конспект. Каждое слово записывает. Князев украдкой достал бутерброд.
Опять не успел позавтракать? А сзади Лебедева рисует что-то в блокноте, делая вид, что слушает.
— А теперь обратимся к Афинам, — Виктория снова скользнула по мне взглядом и тут же отвернулась. На щеках проступил едва заметный румянец. — Кто может сравнить системы управления двух полисов?
Я намеренно не поднимал руку, хотя знал ответ. Интересно было наблюдать, как она избегает вызывать меня.
— Может быть, граф Орлов поделится своим мнением? — не выдержал сидевший рядом Михаил Степанов. Он всегда старался втянуть меня в обсуждение — умный парень, хоть и из простых.
— В другой раз, — качнула головой Виктория, поправляя жемчужное ожерелье. — Давайте послушаем… Князев, прошу вас.
Тот поспешно проглотил остатки бутерброда, вытирая руки о брюки и открыл рот.
— Попрошу есть в другом месте. — недовольно выдохнула женщина.
— Простите, — покраснел Князев.
Лекция продолжилась. Я делал вид, что конспектирую, но мысли были далеки от древней истории. За окном накрапывал мелкий дождь, капли стекали по стеклу причудливыми узорами.
Краем глаза заметил, как Игорь Валуев — потомок обедневшего дворянского рода, бросал в мою сторону недовольные взгляды. Его потёртый пиджак выдавал непростое финансовое положение семьи. Но несмотря на это держался с той особой надменностью, которая выдает аристократа даже в лохмотьях.
После звонка Виктория объявила:
— На следующее занятие готовите проект в парах. Тема — «Сравнительный анализ социальных институтов Афин и Спарты». Разбейтесь на пары сами.
По аудитории пронесся взволнованный гул. Студенты начали переглядываться, кто-то уже тянулся к друзьям. Я намеренно задержался, неторопливо складывая тетради в сумку.
— Кирилл, — ко мне подошли трое однокурсников. Денис Рябинин — сын купца первой гильдии. Его отец держал сеть ювелирных магазинов, и уверенность наследника чувствовалась в каждом движении. — Обычно ты сразу убегаешь после пар.
— Были дела, — пожал я плечами, застегивая сумку. — Сейчас появилось время.
— А может… — Паша переступил с ноги на ногу, нервно теребя ручку сумки. — Может, сделаем проект вместе? Я видел, как ты разбираешься в истории полисов…
Звонок прервал его на полуслове. Я закинул сумку на плечо, собираясь уходить.
— Кирилл Дмитриевич, — голос Виктории прозвучал неожиданно резко. — А куда это вы собрались? У нас ещё одна лекция. Или вам уже стала неинтересна история?
В её тоне сквозила плохо скрытая обида. Странно.
— Приношу извинения, — я улыбнулся и плюхнулся обратно за парту.
Что же её так задело? И что она вообще себе надумала? Когда поднял глаза, на меня смотрела почти вся аудитория. Соколова прикрыла улыбку ладошкой, Денис понимающе хмыкнул.
Виктория продолжила лекцию, старательно глядя куда угодно, только не в мою сторону. Я снова достал тетрадь и ручку, размышляя о женской логике.
Стук в дверь раздался неожиданно. На пороге появился запыхавшийся преподаватель из младшего состава. Мантия с серебряным шитьём выдавала недавнего выпускника.
— Виктория Сергеевна, простите за беспокойство, — пролепетал он, нервно теребя пуговицу. — Граф Орлов тут?
— Да, — медленно кивнула преподавательница. Её взгляд метнулся ко мне.
— Его вызывают, — мужчина криво улыбнулся, переводя свое внимание на меня.
Снова проректор? Что Шелестову никак не успокоится? Ладно пойду узнаю, что там он на этот раз придумал. Собрал свои вещи. Кивнул Виктории и вышел.
