Рядом с «Ладогой» похитителей взорвалась граната. Бандит в новой машине захлопнул дверь. Она взревела двигателем. Другой бандит бросил Машу, кинулся к чёрной «Ладоге». Закричал, когда она сорвалась с места.
Коля влепил каменный кулак в спину брошенному похитителю. Я успел сотворить воздушную подушку под Машей, и мы оба оказались около неё.
— Щиты на максимум, — дал я команду и Коля тут же защитил нас со всех сторон, а я приготовился к отражению новых атак.
Не пришлось. Маг третьего ранга погиб под слаженной атакой гвардейцев. Его подельник отлетел ещё раньше.
— Граф, — ко мне подбежал боец Изольды, и я узнал начальника её гвардии, — срочно уезжайте, скоро здесь будут легавые.
— Спасибо, — я подхватил Машу на руки и, как можно скорее, пошёл-побежал к нашей машине.
— Стереть следы, уходим, — раздавались команды за моей спиной, но я уже не обращал на них внимания.
Мария пришла в себя по пути в академию.
— Где я? Кто вы? — вырвалось у неё, стоило ей открыть глаза в ответ на моё заклинание.
— Всё хорошо, Маш, ты в безопасности…
— Они, они говорили, ой, — Маша вскинула руку к затылку, и посмотрела на меня, — они меня ударили.
Лицо её стало жалобным. Рот некрасиво приоткрылся, и слёзы потекли из её глаз. Полились водопадом.
— Всё хорошо, малыш, всё хорошо, — я приобнял её. Прижал к себе. Стал утешать, по-тихому направляя энергию к шишке на затылке. — Всё позади.
— Ты спас меня? — прошептала она, успокоившись.
— Угу.
— Они сказали, что продадут меня в гарем падишаха, — вновь всхлипнула она, — а затем ударили.
Дальше всхлипов дело не пошло. Она дотронулась до головы и, поняв, что ничего не болит, отпрянула от меня.
— Я не знаю, кто они такие, — воззрилась она на меня округлившимися глазами.
Было не понятно, чему она удивляется, неизвестности бандитов или тому, что шишка исчезла. А затем она посмотрела на своё платье.
— Мамочка! — воскликнула она, цепляя пальцами оторванный рукав и пытаясь отряхнуть землю со складок юбки, — мамочка, я похожа на хрюшку-оборванку. — Она покосилась на локон из растрёпанной причёски, — Кирилл, не смотри на меня!
К общежитию мы пробирались окольными путями через парк академии. Я, пообещав не оборачиваться, шёл впереди и высматривал праздных студентов. Благо уже сильно стемнело, и никто нам на встречу не попадался.
— Кирилл, — прошептала Маша, когда мы замерли на крыльце, перед дверью в общежитие, — а ты защитишь меня от чёрной тени, которая живёт в парке?
— Никто здесь не живёт, — улыбнулся я и открыл дверь, — вперёд, пока Марь Иванны нет.
Маша ланью промчалась через холл и взлетела наверх по лестнице. Я уж думал, что на сегодня всё, но она дожидалась меня на этаже.
— Вдруг в коридоре кто-то есть, — прошептала она, а глаза её азартно заблестели.
Столь странный эффект от своей магии я замечал впервые. Вместо лечебного воздействия, вместо спокойствия она стала энергичной и, какой-то безбашенной, что ли. Ощущение, что она отошла от случившегося и теперь наслаждается послевкусием. Даже вопросов не задаёт.
Провёл её через коридор. Открыл дверь, посторонился и вошёл следом.
— Всё, — хотел я попрощаться, но раздражённое шипение прервало мои слова.
— Орлов, — откашлявшись, почему-то громко прошептала Лидия.
Она замерла по центру гостиной с чашкой чая у рта и, даже не возмущаясь, что я зашёл без разрешения, а она в одной лишь пижаме, смотрела на нас расширившимися от возмущения глазами.
— Привет, Лид, — вдруг заюлила Маша. Потупила глазки, пригладила складки на юбке, поправила порванное декольте и, мотнув растрепанным кустом волос на голове, довольно сообщила: — мы погуляли.
— Орлов, — не с первого раза, но Лида справилась с душившим её возмущением и посмотрела на меня. — Ты, что сделал, Орлов? Я имела в виду по-другому успокоить.
— А….
— Слухи же пойдут, — продолжала разгневанно шипеть Лида, — ты теперь обязан на ней жениться….
— Я согласна, — Маша, несмотря на чумазое лицо, засияла улыбкой, словно золотой рубль.
— Эм, стоп, стоп, — я поднял руку, — все не так бы….
— Орлов, — сзади, из коридора, вдруг проскрипел голос Марии Ивановны, — Там снова тебя требуют, спустись, пока я не покалечила их, а потом и тебя.
Следственное управление по борьбе с организованной преступностью
Кабинет Владлена Герасимовича Мешкова тонул в табачном дыме. Сизые облака клубились под потолком, оседали на массивном железном сейфе в углу. Его поверхность, когда-то зелёная, давно выцвела до болотного оттенка, покрылась паутиной царапин и желтизной от никотина. Желтизны, собственно, было больше, чем на пепельнице с окурками, даже несмотря на то, что за сегодня он выкурил уже полпачки.
Секунд-майор хмуро перебирал бумаги очередного дела. Папки громоздились на столе неустойчивыми стопками, грозя обрушиться от любого неосторожного движения.
