Светлые учли свою ошибку, теперь коконом или куполом была накрыта вся тюрьма полностью. Даххарст убедился в этом сам, когда, не поверив в гибель Эллентиэля, пытался вновь переместиться по тому маячку, так и оставшемуся в той камере.
— Может, мне обратиться к королю и попросить его помочь освободить сестру? — предложил тогда Саннаэтель, но Даххарст, не ответив, вышел из комнаты и пропал на три часа.
Появился он неожиданно злой и расстроенный, устало плюхнулся в кресло, ничего не объясняя. Ранхгарт не выдержал первым:
— Что-то случилось?
— Да, случилось, — нехотя объяснил Даххарст. — Только случилось много лет назад, а аукнулось по-настоящему сейчас.
Увидев вопрошающие глаза слушателей, Даххарст неохотно ответил:
— Когда наши с Саннаэтелем отцы, почти двести лет предпринимающие попытки как-то соединить два вида магии Светлых и Темных, чтобы они усиливали одна другую, мотались по миру, выискивая такие способы, им попадались очень интересные и странные магические вещи. Они нанимали экспедиции, чтобы обследовать брошенные сотни лет назад города, раскапывали могильники вождей, о магической силе которых ходили легенды. Позже к этим поискам присоединился и я. Согласитесь, все запомнить было бы невозможно, поэтому они всегда вели дневники. В них записывались и проводившиеся эксперименты, и их результаты. Описывались странные вещи, которые они находили, артефакты, среди которых попадались такие, что они не могли понять, как их активировать и использовать. Понимая, насколько записи ценны и опасны, записи велись особым шифром…
— А где эти дневники? — вскочил Саннаэтель.
Ранхгарт огорченно сопел, поскольку понимал, что только Даххарст и Саннаэтель, являющиеся наследниками своих отцов, имеют право их прочитать, но ответ Даххарста поразил даже его.
— Их украли почти лет восемьдесят назад.
— А вы разве не попытались найти похитителя? — удивлению Саннаэтеля и Ранхгарта не было предела.
— Разумеется, пытались, — ядовито и с ноткой раздражения в голосе ответил Даххарст. — Но вор очень удачно уничтожил свои следы. Сначала сжег магическим огнем всех слуг и других свидетелей, которые могли его видеть, а потом взорвал лабораторию, вместе со всем зданием. Но остановила меня в розысках тогда смерть отца. Я… в общем, по сравнению с этой потерей потеря дневников казалась чем-то незначительным.
Саннаэтель устало потер лоб.
— Что же все-таки нам делать? Допустим, Ализе находится в той тюрьме, о которой говорит Даххарст, значит надо искать способ вытащить ее оттуда. Какие у нас есть для этого возможности? — и сам же себе ответил: — Никаких. Если вся тюрьма находится под куполом, блокирующим нашу родовую магию, то я в нее попасть не смогу. Наверняка там стоит защита и против магии Темных, да вообще против любых магических воздействий. Хотя чему тут удивляться? Если бы я строил тюрьму, поступил бы точно также.
Даххарст мрачно слушал, и было понятно, что его мысли бродят где-то далеко-далеко. Вдруг он сорвался с места и опять пропал. Саннаэтель и Ранхгарт переглянулись — в глазах мелькнула надежда, что Даххарст что-то придумал.
Он вернулся через несколько минут, злой-презлой, с глиняной табличкой в руках. Она казалась очень старой и даже древней, но рисунок на ней был ярким, словно его совсем недавно нарисовали.
— Что это такое? — спросил Ранхгарт, рассматривая вещь, явно созданную в незапамятные времена. — Это артефакт переноса, — объяснил Даххарст. — Я уже говорил, что мы с Эллентиэлем и моим отцом раскапывали Древние могильники, — при этих словах глаза Ранхгарта зажглись таким огнем, что можно было смело тушить светильники и освещать помещение только их блеском. — В одном из них мы его и нашли.
— А как он действует?
— Сначала его надо разломать пополам по этой линии, — пояснил Даххарст, указывая на рисунок. — Видите, левая и правая части рисунка совершенно симметричны.
— А что это за кишка, что соединяет нарисованные фигуры? — Ранхгарт рассматривал рисунок.
— Это нить, связывающая эти половинки. Сначала те, кто хочет иметь возможность переноситься друг к другу, берут каждый по половинке и прикладывают к груди, одновременно произнося заклинание. Все, после этого они могут попасть друг к другу в любое время и через любое расстояние.
— И что тут удивительного? Это же принцип маяка, — удивился Ранхгарт.
— А то! Накладываемое заклинание не требует призыва магических сил, ни темных, ни светлых. То есть надо, — поправился Даххарст, — но только одному, из связанных между собой. Например, если я буду в той тюрьме, то от меня не требуется использование моих сил. Мне достаточно подать сигнал и ты или Саннаэтель, используя свои силы, сможете меня притянуть, словно за веревку.
— Здорово! — восхитился Ранхгарт. — А как ты сможешь подать сигнал?
— В том-то и дело. Эта связь позволяет общаться друг с другом на любом расстоянии. Мы, когда нашли этот артефакт, подумали, что его выдавали разведчикам или шпионам, — как-то грустно рассматривая таблички, добавил Даххарст.
— И как его активировать? — наконец, вмешался в разговор Саннаэтель.