В моей телеге, которую тащил саурен, находилось шесть разумных вместе со мной. Из них четверо являлись крысолюдами. Последний был человеком. Через тройку часов после выезда я понял, про что говорил Войд. Пекло стояло адовое. Градусов двадцать восемь в тени. Но я, благодаря задумке Войда, был защищён от прожарки, а вот мои соседи мучались. Среди крысолюдов находились дети, которых, в процессе поездки, пересадил к себе. От кокона шёл приятный, освежающий ветерок, неплохо охлаждающий воздух вокруг меня. Детишки быстро поняли мою задумку и, прижавшись ко мне, пришли в норму, а то на них было страшно смотреть. Пот лил ручьём. Раскалённый воздух приходилось проталкивать в лёгкие насильно.
Так мы и двигались. Охраны было около двадцати верховых. Точнее мне посчитать не удалось. Передвигались они на скакунах, похожих на лошадей. Отличались животные от стандарта моего мира большими размерами и двумя парами глаз. Часть охраны постоянно курсировала из начала в конец и обратно. Что-то типа патруля. Видимо здесь частенько нападают на караваны. Хотя авантюристов хватает в любых мирах и во все времена. Чувство наживы многим не даёт покоя. А вдруг повезёт?
На ночь караван останавливался на специально оборудованных стоянках. Маршрут был рассчитан до самой столицы и, если не случиться никаких форс-мажоров, то каждый раз мы будем ночевать в таких местах.
Так вот, третий день начинался, как и два предыдущих. Всех пассажиров разбудили, загрузили по телегам и повозкам, и караван выдвинулся в путь.
Местность, по которой мы продвигались, состояла из нескольких биомов. Удивительно контрастный ландшафт, где золотистые пески переходили в небольшие, но густые леса.
Каждый биом, сам по себе, был крайне разнообразен и красив.
Песчаный чередовал, подвижные и изрезанные ветром, барханы и устойчивые равнинные дюны, покрытые низкой, засухоустойчивой травой. Редкий ветер оставлял на их поверхности причудливые узоры, но, при его отсутствии, над песками дрожало марево.
Лесной биом, чаще всего, располагался в понижениях рельефа, где скапливалось немного влаги. Растительность здесь была не велика по площади, но крайне густая. Она создавала резкий контраст с песчаными просторами. Деревья в таких низинах росли не высокие, с узкими листьями. Между стволами пробивался кустарник, усыпанный колючками.
Вот такая чехарда преследовала нас всю дорогу. Вся жопа этого дня началась с чёрной точки, застывшей на бархане. Мой взгляд случайно зацепился за неё. Сначала подумал, что это одиноко стоящее дерево, которое, непонятно каким образом, проросло в центре песчаной горки. Я закрыл глаза, чтобы не напугать попутчиков, и активировал пустотное зрение. И что я раньше так не делал? Чем ближе моя телега приближалась к месту прямой видимости, тем больше деталей удавалось разглядеть. На бархане застыло антропоморфное существо, покрытое хитином, верхние конечности которого оканчивались двумя костными отростками, похожими на серпы. В какой-то момент тварь большим глотком втянула в себя воздух и повернула голову в сторону каравана. Через мгновение она уже исчезла в песках. Я, дождавшись очередных верховых, обратился к одному из них.
— Эй — махнул я рукой — э-эй! Есть важная информация.
Охранник не стал возмущаться моим обращением и выслушал меня. Задумавшись, он что-то вспомнил и в его глазах начал зарождаться страх. Перед тем, как он сорвался с места, я услышал шёпот, передающий нотки неверия в происходящее.
