9 ноября он из последних сил диктует сестре письмо к директору Морской почтовой компании. Письму предшествовал перечень слоновых бивней:
Но ему уже не суждено было подняться на борт какого-либо судна Морской почтовой компании. Как сказали бы римляне, его ждал челн мрачного Харона, перевозчика душ в царстве мертвых. Рембо умер через сутки, во вторник, 10 ноября, в десять часов утра.
Так осуществилось предсказание Верлена, который в 1889 году, когда по Парижу прошел слух о смерти Рембо, написал трогательный сонет, который оканчивался такими словами:
Rimbaud! Pax tecum sit, Dominus sit tecum[235]!
Он тихо ушел в мир иной.
Ему было немногим более тридцати семи лет.
Книга записей марсельской больницы гласит:
«Рембо, Жан-Николя, коммерсант, родом из Шарлевиля, проездом в Марселе, скончался 10 ноября 1891 года, в десять часов утра.
Диагноз: распространенная карцинома».
Свидетельство о смерти выписано 11 ноября на основании заявления двух врачей и подписано Эрнестом Марнери, помощником мэра Марселя.
Тело было перенесено в больничную церковь, о чем имеется соответствующая запись в церковной книге:
«№ 854 — года тысяча восемьсот девяносто первого, ноября одиннадцатого числа в эту церковь было перенесено тело Рембо, Жана-Николя, холостяка, скончавшегося в клинике в возрасте тридцати семи лет, сына покойного Жана Фредерика Рембо и Мари Рембо, урожденной Кюиф, и предано земле по христианскому обычаю[236].
Подпись: А. Шолье».
В этот же день пришло разрешение на перевоз тела в Шарлевиль.
В пустой церкви горели свечи, и у простого гроба молились несколько монахинь. Изабель — подавленная, удрученная, одна-одинешенька в своем невыносимом горе — молилась вместе с ними.
Скончался еще один больной. Для отчетности похоронного бюро один из городских чиновников составил смету расходов, которые должны были возместить «наследники Рембо, Жана, 37 лет, скончавшегося вчера в клинике Непорочного Зачатия»:
Похоронные услуги шестого класса;
Дубовый гроб, обитый свинцом: 212,60 франка.
Медная табличка, креп и т. д.
Итого: 458 франков 11 сантимов.
«Коммерсант» Жан Рембо покинул больницу 12 ноября 1891 года. Поэт Артюр Рембо вернулся туда 57 лет спустя, когда во дворе больницы была открыта мемориальная доска:
ЗДЕСЬ
10 НОЯБРЯ 1891 ГОДА,
ВОЗВРАЩАЯСЬ ДОМОЙ ИЗ АДЕНА,
ЗАВЕРШИЛ
СВОЙ ЗЕМНОЙ ПУТЬ
ПОЭТ
ЖАН АРТЮР РЕМБО6
Больше ничего не сохранилось. Комната в Офицерской палате, где был установлен гроб с телом покойного для прощания с ним, была разрушена, на ее месте располагается клиническая лаборатория Ремюза.
Итак, 13 или 14 ноября Рембо вернулся в родные Арденны.
Мать, которую известили телеграммой, незамедлительно отдала распоряжение привести в порядок могилу, то есть освободить место в семейном склепе между ее отцом и дочерью Витали. Рабочие укрепили цементом новый отсек. «Когда каменщики закончили работу, — рассказывает Луи Пьеркен, — она сама спустилась в склеп, чтобы убедиться, что все выполнено так, как она заказывала и что работа «проделана хорошо».
Рабочие наблюдали за этой сценой с открытыми ртами»7.
Достоверно известно, что Рембо завещал похоронить себя не в Шарлевиле, а в Хараре или Адене. Об этом упоминает Изабель: «Он бы предпочел быть похороненным там, в Адене, потому что кладбище расположено на берегу моря, недалеко от здания, в котором помещалась его компания. И я бы непременно перевезла его гроб туда, если бы он того потребовал. Артюр отказался от этого только потому, что понял, с какими препятствиями мне придется столкнуться»8.
Своеволие г-жи Рембо продолжало тиранить Артюра и после смерти. И все-таки Изабель исполнила последнюю волю брата. «В особенности, — написала она матери в письме от 3 октября 1891 года, — он просил меня не покидать его до момента его смерти и проследить за выполнением последней воли, особенно что касается его захоронения».
