Ару Ша и Конец Времен полностью

– Даже если сейчас он в беде, мы спасём его, и всё будет хорошо.

– Надеюсь.

Две минуты спустя урчание в животе Ару превратилось из тихого в грозный рык, как бы говорящий «у меня в животе монстр, и он готов сожрать тебя».

Ару достала из кармана светящийся мячик и ковырнула его. Может, он съедобный?

– Метеоризм, – сказала Мини.

– Метео… что? Какая ещё харизма?

– Звуки в твоём животе… они называются метеоризмом.

– Ты узнала это у мудрого печенья?

– Не-а. Из учебника по медицине.

– Мини, зачем ты читала учебники по медицине?

– Мне нравится. – Она пожала плечами. – Изучать анатомию прикольно! Ты вот, например, знала, что мы на половину состоим из воды?

– Какое счастье, – мрачно пробормотала Ару. – Мы уже пришли?

– Откуда мне знать?

– Ну, вообще-то, это ты у нас ела печенье мудрости.

– Я уже говорила, – с раздражением отметила Мини, – оно работает временно, только до тех пор, пока не разберёшься с волнующим тебя вопросом.

– Так мы ведь ещё не разобрались и по-прежнему что-то ищем. А вообще, какой смысл устраивать нам такие испытания? Разве боги не хотят, чтобы мы скорее спасли мир? Путешествие сюда нам нужно так же, как единорогу – его рог.

Мини оскорбилась.

– С чего ты взяла, что ему не нужен рог? Без него он перестанет быть единорогом. Это же заложено в значении слова! Един – значит один. А рог – это, представь себе, рог. Однорогий!

– Да, но они вроде мирные и добрые. Зачем единорогу рог? Что он им делает?

Мини покраснела.

– Ну, не знаю. Может, выстреливает магией?

– А может, чтобы колоть им кого-нибудь?

– Какой ужас, Ару! Это же единороги, милейшие создания.

– Или они просто хотят, чтобы ты так считала.

Лично она не верила, что тот, у кого в теле имеется встроенное оружие, не будет его использовать. Ага, сейчас.

– Что-то резко похолодало, – сказала Мини.

Она была права: температура опустилась. Нет, даже не опустилась, а упала. С утёса. И покатилась вниз.

Многострадальная спайдерменовская пижама Ару не защищала от холода. Ветер продувал насквозь и пробирал до костей.

– Представляешь, каково жить в таком месте? – спросила она, стуча зубами. – Придётся постоянно чистить нос, чтобы сопли не превратились в сосульки и не проткнули нос изнутри.

– Какая гадость!

Воздух казался плотным. Здесь не было этой удушающей затхлости дворца, но Ару вспомнила, как трудно бывает дышать зимой, когда воздух становится острым и резким.

– Смотри, снег пошёл! – воскликнула Мини.

Ару задрала голову и увидела синебрюхие тучи, покачивающиеся над ними. Белый пушистый снег опускался на землю, медленно кружась в воздухе.

Пушистый комочек лёг ей на ладонь. Он напоминал снежинку, сплетённую из кружевного льда. Но на ощупь это был не снег, хоть и казался холодным.

Это было больше похоже на иголки.

Мини поёжилась.

Снег (или что там это было) стал тяжелее.

Теперь снежинки ударялись о землю и не таяли.

Ару огляделась и заметила высокое дерево с корой из тысячи крошечных зеркал. Что-то скользнуло за ствол и исчезло. Какая-то фигура, бледная и худая, с пушистыми замёрзшими волосами. Но, моргнув, она забыла, что видела секунду назад.

– Ару! – позвала Мини.

Ару не ответила. Не потому, что не слышала, а потому что не осознавала, что Мини разговаривает с ней.

На мгновение она даже забыла, что её зовут Ару. Девочка запаниковала и попыталась скинуть снежинки с рукава и стряхнуть с волос.

В них было нечто такое, что заставляло забывать важное. Нет, их окружал совсем не снег. Скорее, соль, разъедающая тебя как слизняка.

– Разве так уж плохо забыть обо всём? – послышался голос откуда-то впереди. – Если вам нечего помнить, то вы не состаритесь. Вы будете невинными и безвозрастными. Ведь людей редко винят за то, чего они не помнят.

Ару подняла голову. Теперь снежинки зависли в воздухе тысячами белых капель. Появившийся мужчина раздвинул капли, как будто это был широкий, расшитый бисером занавес. Мужчина показался ей очень красивым.

Нет, не как киноактер – это была другая красота, далёкая, неземная. Так бывает, когда над морем проносится красивая буря.

Мужчина с копной серебристых волос был высоким и темнокожим. Его глаза напоминали два голубых осколка льда. А белоснежного цвета куртка и брюки казались необычайно яркими.

– Извините, вы что-то сказали? – переспросила Мини. – Если да, то я… почему-то забыла.

– Ах, простите меня, – сказал мужчина и засмеялся.

Он поводил рукой, и хлопья снега слетели с кожи и волос девочек.

К Ару вернулись обрывки воспоминаний. Она вдруг вспомнила своё имя, вспомнила, что её любимый цвет – зелёный, а любимый десерт – тирамису. Как она могла всё забыть? Ару испугалась, ведь за это время у неё могли и украсть что-нибудь.

– Меня зовут Шукра. Я – стражник Моста Забвения и редко разговариваю с живыми, потому что нечасто покидаю свой мост.