— …На войне нужна… Отвага. — и кинув муляж в перед двумя рядами занимающихся кандидатов, зычным голосом крикнул. — Граната!
Подумать только. Здоровые и мощные мужики разбежались во все стороны, а тощий астматик бросился закрывать её всем телом.
Одно дело это видеть на экране, и кивая, насмешливо говорить: «ох уж эти стереотипные гер-р-рои». В реальности же такие люди на вес золота… И теперь я окончательно понимаю, почему выбран был именно Стив Роджерс. Эрскин не был солдатом, которого учили сначала исполнять, а потом думать — а оттого доверить сыворотку хотел человеку ответственному и самоотверженному.
Правда, боюсь, если он не погибнет от рук ГИДРовца, сыворотку из него выбьют. Власть имущим никогда не нравилось, чтобы сила была в руках тех, кто руководствуется совестью, а не приказами. Справедливости ради говоря, это актуально не только для человечества, да…
— И всё равно он тощий. — неприятно удивлённый побегом своего любимчика, фыркнул мужчина, уходя прочь.
— Хорошая работа, мистер Роджерс. — воздал должную благодарность я. Будь он асом или ваном, такого соратника было бы приятно иметь поблизости.
— Неожиданное проявление эмоций, Винлин. — удивлённо хмыкнул немецкий еврей.
— Признаться, некоторое время я думал что вы отбраковываете кандидатов назло полковнику… Но теперь вижу, что ошибался. — прекрасно узнав как «любят» друг-друга учёные и военные, у меня были такие мыслишки. Потому что несколько иных кандидатов были весьма неплохими людьми. Уж точно лучшими, чем девяносто процентов кандидатов Филлипса.
— Ошибки бывают и приятными. — проговорил чрезвычайно довольный Абрахам, наверное считающий, что сегодня убедил сразу двух зайцев.
И начальника своего, и самых лучших после него самого учёных.
Что-ж, не буду разочаровывать его. Ведь полковника он в самом-то деле убедил.
1943 год н. э. 22 июня.
Винлин.
— Великолепно! — воскликнул я, идя по коридорам бруклинского объекта Стратегического научного резерва. — Как вообще до такого можно было додуматься… — покачав головой, я посмотрел на идущего впереди Эрскина.
Учитывая нынешний технологический уровень землян, я вот совершенно не представляю как на примитивных машинах расчёта это можно было всё сделать.
Так что мои восторги оправданы.
Если большую часть сыворотки мы кое-как восстановили, всё же Эрскин работал на оборудовании базы, и как бы он не старался уничтожать все следы, они оставались. И тут же передавались нам полковником, люди которого всё скрупулезно собирали. Но всё равно, некоторые части были для нас совершенным тёмным лесом. Ибо асы и ваны не слишком разбираются в уникальной физиологии людей, имеющей такую штукенцию как икс-ген.
Но даже так хорошо однако иметь в своём распоряжении целую кучу помощников и искреннего, но туповатого патриота, верящего что так он помогает своей стране.
И это он ещё о вампирах не знает, которые будут крайне против армии суперсолдат. Собственно, только благодаря моему заступничеству проект вообще ещё не закрыт, да.
— Я прекрасно понимаю… — вздохнул тем временем еврей. — Что после того когда мы получим сверхсолдата… — а он уверен в своих силах. Не если, а когда. — Уже никому не будет интересны моральные качества кандидатов. Будут выбирать всех, кто может исполнять приказы, и я не смогу этому помешать. Моё идеалистично-детское желание, чтобы все мои суперсолдаты были такими же, как и юный Роджерс, сбудется лишь единожды, а потом… Нет, я не могу такого позволить. Я не оттого отказывался служить Шмидту и нацистам, дабы уже другие власть имущие делали аналогичные вещи, пусть и под более красивыми лозунгами.
— Неожиданно критичное отношение к тем, кто вас спас и дал все эти возможности. — отметила моя ненаглядная.
— Я не дурак, увы. Идиотам живётся легче в жизни… А вот нам… Я уверен, даже после войны ни один из учёных той же ГИДРЫ и иных особо секретных подразделений Гитлера, не будет осуждён. Более чем уверен, что они окажутся на моём месте и на тех же благоприятных условиях. — покачал головой, заставив меня вновь восхититься. Он буквально будущее предсказал.
— И вы это говорите при нас. — хмыкнул я.
— Я вас узнал неплохо за два года. Вам не безразлична судьба людей. Причём не отдельной страны, а в целом. Вы пытались это скрыть, но я, опять же, не дурак. — покачал головой учёный.
Он почти угадал, да. Я не против защищать людей от мистических угроз, благо как с тем же Дормамму истории о наших делах разлетаются по Асгарду и Ванахейму. Там, конечно, всем плевать на защиту аборигенов-папуасов, но уровень угроз, побеждённых нами, был весьма высок и по меркам асов и ванов. Так что свою славу мы получили, и её весьма и весьма много. Признение самыми развитыми цивилизациями галактики греет пузико ЧСВ, да. Хотя за тысячелетия ещё та, давняя юная мечта серьёзно потускнела.
Не только люди меняются, но и асы…
— Слишком много в последнее время проблем с умными людьми… — проворчал я, вспоминая Холмса.