Роооооооо!
— Твою мать, что это за хрень⁈ — прошипел я Сету, хотя какой от него сейчас ответ. Мы резко обернулись и уставились в темноту, которая явно не сулила нам ничего доброго.
Рооооооооо! — угрожающий рев повторился.
— Понятия не имею, но валим отсюда! — заорал сокол, когда какая-то здоровая четвероногая тварь резко метнулась вперед и угрожающе зарычала где-то за нашими спинами.
Мы оба рванули по коридору со всех ног. Мне еще и приходилось напрягаться, чтобы камень светил как можно дальше вперед, освещая путь.
— Слышь, Сет, — я глянул вперед и аж споткнулся. — Там развилка, куда?
— Пытаюсь понять! — огрызнулся он, на бегу пытаясь расправить эту свою карту.
Ррррррррррррррррррр! — Рычание этой твари становилось все ближе. Страх подстегнул, и я рванул вперед, обогнав Сета на пару шагов.
— Сет⁈ — крикнул я. Пора было уже что-то решать.
— Налево! — гаркнул он. Я как раз сворачивал, когда он, похоже, передумал. — Стой, нет, давай направо!
Я чуть ноги не сломал, тормозя на пятках. Какой-то стремный символ на стене слева от меня полыхнул красным.
Опять руна-ловушка, чтоб ее?
— Назад! — заорал я Сету. Сверху что-то зловеще треснуло. — Потолок сейчас на хрен обвалится!
— Тварь! — напомнил Сет, и мы рванули в другую сторону, пока этот местный минотавр из гребаного лабиринта не загнал нас окончательно в угол.
Рррроооооооо! — Эта хреновина вымахала прямо перед нами, как только мы завернули за угол. Башка — помесь кабана с жуком-носорогом, а носилась эта туша на четвереньках.
При этом ростом она была метра два, не меньше.
Она приготовилась к прыжку.
— Сет! — заорал я и толкнул его вперед и вниз.
Мы будто мысли друг друга прочитали. Сокол рванул вперед и проскользнул прямо под брюхом этой твари. Я же резко затормозил, уперевшись ногами в пол.
Пока этот псевдо-минотавр ошалело пялился, как Сет шмыгнул у него под пузом — прямо как обед, сам лезущий в пасть, — я успел развернуться и от души вмазать ему по массивной челюге.
Тот зарычал, качнулся, но устоял. Потом уставился на меня четырьмя слезящимися глазенками, затянутыми какой-то мутной пленкой, и задвигал из стороны в сторону своей перекошенной нижней челюстью.
«Ну, дерьмо!» — пронеслось у меня в голове. Тварь фыркнула и забила копытом, точь-в-точь как разъяренный бык перед красной тряпкой.
— Макс, тикай! — заорал Сет, давая понять, что кусок потолка, который после руны держался на честном слове, вот-вот рухнет.
Здоровенные камни реально угрожали нас расплющить. И не только мы с соколом их стремались. Так что вместо того, чтобы выяснять отношения, мы с этим свинотавром (да, так я его про себя окрестил) просто ломанулись в одну сторону, спасая свои задницы.
Потолок грохнул. Обломки наглухо перекрыли проход, и мы с Сетом оказались по разные стороны этого завала.
Пылища понемногу улеглась. Пока она оседала, я, привалившись к стене, пытался отдышаться. Тварь неподалеку хрипела и пускала слюни, как старый ротвейлер, которого заставили переть по лестнице на пятый этаж. Она меня, похоже, не видела. Стояла и отхаркивала какие-то вонючие зеленоватые сгустки, пытаясь вправить себе челюсть. Меня аж передернуло. Я попятился и постарался как можно тише шмыгнуть за угол.
Сердце колотилось как бешеное, готовое выпрыгнуть из груди, но я развернулся и дал деру по коридору. Летел так, будто мне к пяткам крылья приделали. Прямо как тогда, на том подвесном мосту в подземелье.
Ррррррррооо! — донесся рев твари. Дошло, видать, до нее, что добыча ушла.
Я старался нестись так, чтобы шагов моих было не слышно, ну, почти как снег падает. И молился их Богине, чтоб эта тварь меня не запалила.
— Макс? — вдруг услышал я тихий голос Сета откуда-то из-за стены. Я замер, пытаясь понять, где он. Он помолчал и позвал снова: — Макс!
Я поднял камень повыше, освещая коридор и оглядываясь по сторонам. Этого кабано-жука нигде не видать.
Решил рискнуть.
— Ты где?
Если он что-то и ответил, я этого уже не услышал — всё вокруг заглушил такой жуткий скрежет и звон, что уши заложило. Похоже, Сван, гад такой, приготовил для нас очередной «парк развлечений». Опять я какую-то дрянь активировал, что ли? Коридор вокруг меня тут же ожил: то стены с неприятным шорохом начинали сходиться, то потолок резко опускался, грозя превратить меня в лепешку. Пришлось рухнуть на брюхо и крутиться волчком, перекатываясь с живота на бок и обратно, чтобы не быть раздавленным. Тот еще фитнес, скажу я вам.
Кое-как, по-пластунски, скребя пузом по каменному полу, я все же дополз до конца этого чертова, вечно меняющегося туннеля.
— Макс! — голос Сета едва-едва пробился сквозь оглушающий механический рев. Я рывком поднял голову и увидел его: он стоял посреди здоровенного зала, на каком-то каменном пьедестале, который медленно, но неотвратимо полз вверх. — Давай сюда, живо!
И тут же — Руууооооо!
Эта тварь, чтоб её, все-таки догнала. И с какой-то совершенно нереальной для такой массивной туши скоростью рванула прямо на меня.
