— А я вот ни о чем не жалею, — пробормотал Сет себе под нос, но достаточно громко, чтобы его услышали.
— Мой бред показался тебе забавным, значит? — человек-ящер скорее утверждал, чем спрашивал. Глаза у Сета расширились, и он тут же попытался пойти на попятную.
— Да я не то чтобы… то есть, я хотел сказать… — залепетал он, краснея под перьями.
Посол дал бедолаге-соколу помучиться еще с минуту, а потом, не в силах больше сдерживаться, откинул голову и оглушительно расхохотался, обнажив ряды острых зубов.
— Расслабься, парень, я же просто шучу, — прогремел Кларк и дружески хлопнул сокола по спине своей огромной лапищей. — Ты бы видел, как я однажды дядюшку своего из транса выводил. Тот вообразил, будто у него крылья выросли и он летать может. Ну и сиганул с крыши. Ноги, само собой, переломал к чертям.
— Ох… это жутко, — выдавил Сет, помрачнев.
— Да, жутко, не спорю, — согласился Кларк, — но, чёрт возьми, до чего же это было смешно! — И он снова залился своим характерным булькающим смехом. — Ладно, пошли, надо браться за дело, пока остальные гости не нагрянули. Заставьте меня работать, я настаиваю!
— Если хотите помочь, посол, нам как раз не помешают лишние руки, чтобы натянуть этот шатер, — вмешалась Дороти. Она уже командовала на большой лужайке, где слуги раскладывали стойки и веревки, ожидая её указаний.
«А кто еще будет?» — Я оглянулся на дорогу.
— Леди Шелли обещала привезти целый караван раненых из Бронзовой Гавани, — ответил Грэг. — Она решила, что им не помешает немного поднять боевой дух.
«Ну что ж! — Я потер руки в предвкушении. — Тогда давайте уже начинать этот пикник, раз такое дело!»
Приятно было просто поработать руками, размять кости и хоть на время выкинуть из головы всю эту муть с пророчествами, дверями и прочей неизвестностью, которая продолжала свербеть где-то на задворках сознания. Я с удовольствием отдался простому физическому труду, позволяя мыслям успокоиться и очиститься.
В удивительно короткие сроки мы все вместе — и я в том числе, как ни странно, даже с некоторым азартом — умудрились не только натянуть огромный брезентовый шатер размером с половину футбольного поля, но и, под чутким руководством Олли, соорудили вполне приличное костровище. Тем временем женщины, в основном, занимались обустройством внутреннего пространства: застелили все плюшевыми коврами, расставили низенькие круглые столики и разбросали целую гору каких-то невероятно мягких и роскошных напольных подушек. Видимо, здесь так было принято на подобных сборищах.
Мы с Шелли и Ритой решили, что первым делом нужно будет обслужить раненых парней из Бронзовой Гавани — как знак уважения за их смелость и готовность дать отпор тирании этого ублюдка Алека Свана.
Наконец, когда первая волна гостей была накормлена и обихожена, мы смогли немного расслабиться, устроившись на собственном коврике с полными тарелками. Олли превзошел сам себя: ароматное жареное мясо, какие-то местные цукаты, сухофрукты, солоноватые сыры… Даже корзины со свежим, еще теплым хлебом были. А Энджи взяла на себя роль распорядительницы напитков, следя, чтобы на столах не заканчивались ни булочки, ни вино из ягод бодроцвета, ни местный древесный бренди.
Но после вчерашних возлияний я решил сегодня ограничиться чем-нибудь полегче, вроде того ягодного вина. Голова целее будет.
«Отличная это была идея». — Я сыто откинулся спиной на Риту, которая сидела позади, и посмотрел на Шелли.
— Согласна, — промурлыкала Рита, запуская пальцы мне в волосы и приятно их перебирая. — Ветра уже меняются, скоро теплые деньки закончатся. Храбрым ребятам из Бронзовой Гавани этот заряд бодрости сейчас нужен как никогда.
— Я просто хотела сделать для них что-нибудь хорошее, — вздохнула Шелли. Я осторожно притянул её к себе, так что её голова удобно устроилась у меня на коленях, замыкая нашу небольшую уютную «цепочку объятий». — И для нашего Макса тоже.
Я приоткрыл глаза — почувствовал на себе два теплых, изучающих взгляда. Мои драгоценные женщины.
— Слишком уж он у нас замотанный в последнее время, — согласилась Рита и легонько ткнула меня кулачком в бок.
«Неужели так заметно?» — Я вздохнул, но тут же собрался. Понимал, что пора. Пора рассказать им о том разговоре с Байроном и о всех этих… откровениях. Я сел прямо, глубоко вдохнул, собираясь с духом, и выложил им всё как на духу — про Пророчество, в котором я, оказывается, каким-то боком замешан.
«И Иди — та самая Пророчица, но Байрон уверен, что её судьба будет сломана, если она попадет в эту мясорубку служения Ордену, — подытожил я. — И, судя по тому немногому, что я о ней знаю, я с ним, чёрт возьми, согласен».
— Она ни к кому из нас давно не прикасалась, да и вообще… но ясно, что такая вольная душа, как у неё, зачахнет там, если она действительно та, о ком ты говоришь, — вздохнула Шелли, задумчиво глядя на танцующих.
