— Во-первых, увидеть ауру королевы могут немногие. Она закрыта защитными артефактами, — размеренно стал перечислять Вартис. — Её здоровье — государственная тайна. Во-вторых, даже если наблюдающий за ней целитель что-то такое увидел, то он молчит, пока вы его об этом не спрашиваете. Всё же беременность — это слишком личное, чтобы лезть с этим к монарху без его на это желания. Может, вы хотите пока возможно сохранять всё в тайне, откуда он знает? Её Величество чувствует себя прекрасно, ей и малышу ничего не угрожает, его вмешательства не требуется, вот целитель и молчит.
Анджей откинулся в кресле, в ошеломлении глядя на Вартиса.
— Нет, Ваше Величество, я ничего такого не утверждаю. Может, королева и правда просто скучает. Но уж очень она мне в этот момент Асиль напомнила, как та слюнки глотала, расписывая мне всю эту зелёную хрень. Пока я не завёл огород, то просто не знал покоя!
— Завтра же отправлю Виолу к целителю. Пусть проверит, — решительно сказал король.
Дверь в кабинет открылась, и на пороге появился слуга с тележкой, на которой стояли накрытые крышкой блюда. Вместе с ним в раскрытую дверь влетел отзвук стона снизу. Шима побледнел и сжал кулаки.
После того, как слуга накрыл стол и удалился, король торопливо наполнил бокалы.
— Знаешь, Ральф, что-то страшно спрашивать целителя. Если Виола беременна, я и так скоро узнаю. А если нет? А я уже поверил…
— Узнаете и так, это точно. Вы присмотритесь к жене повнимательней, и сами всё увидите. Фигура там, — Шима с мечтательным видом обвёл в воздухе воображаемые округлости, а потом сморщился. — Настроение скачет, спит больше и всё такое…
— А я бы всё же проверил. Наследник — дело государственной важности. Даже надежда на его появление сразу укрепит трон.
— Прекращай, Вартис. Будь человеком! Не надо мне государственным долгом в нос тыкать.
— Простите, сир.
— Я и так пока Виолу не увидел, настраивался на худшее. Думал, вдруг уродина, а мне с ней спать придётся. Готов был у князя лейских зелий просить. Но обошлось.
— Да, с королевой нам повезло. Я даже не знал, что она такая… понимающая! Вы ведь подписали Указ о Королевском помиловании?
— Подписал, — король охотно сменил тему. Обсуждать дальше свои надежды и страхи ему не хотелось. — Завтра объявят.
— Хорошо. И много включили?
— Как обычно.
— Имён можешь не спрашивать, — обратился к Шиме Вартис. — Его Величество обычно только подписывает документ, подготовленный судебным департаментом.
— Не в этот раз, Ральф. Виола заставила меня лично просмотреть список, расспрашивала про всех. Парочку заставила вычеркнуть, зато нескольких вписать. Кто-то умудрился ей передать прошения.
— И кого вписать?
— Успокойся, Вартис, вряд ли врагов короны. Каких-то мальчишек четырнадцатилетних. Я даже не думал, что таких тоже ссылают на каторгу.
— Ссылают и моложе. Я в тринадцать туда попал.
— За что?! — вырвалось у короля.
— За убийство, — пожал плечами Шима. Выпитый коньяк никак не проявлял себя в его облике, но всё же развязал язык. — я тогда уже работал слугой в мамкином борделе. Один клиент полез ко мне, я сопротивлялся, ткнул его ножиком неудачно, он и помер.
— И вас отправили на каторгу? Мальчишку?
— Конечно. Я там не один такой был.
— И как там?
— Ужасно, Ваше Величество. Там не место детям. Тогда-то я себя не считал ребёнком, а сейчас понимаю…
Король продолжал с любопытством смотреть на Шиму и тот начал вспоминать. Вначале скованно, но потом, подбадриваемый вопросами, рассказ полился как прорвавшая плотину вода. Даже Вартис слушал с интересом, потому что никогда не смотрел на эту сторону королевского правосудия с такой точки зрения. Для Анджея это и вовсе открывало ту грань мира, о существовании которой он никогда не думал. Как другая сторона Луны. Знаешь, что она существует, но что там даже не пытаешься представить — зачем? Всё равно никогда не увидишь.
Вдруг Шима побледнел и замолчал.
— Кажется, я что-то услышал. Это Асиль.
Король и граф Вартис не прерывали тишину, тоже прислушиваясь. Шима торопливо подошёл к двери и приоткрыл. До мужчин донёсся приглушённый расстоянием женский крик, а затем вопль ребёнка.
— Родился… — с благоговением произнёс Анджей.
— Кэсси говорила, там двойня. Так что ещё придётся подождать.
Шима не слышал этого разговора. Он всеми чувствами был сейчас внизу, где появился на свет его ребёнок. Сердце колотилось в горле и казалось вот-вот выскочит из груди. Как трудно, когда от тебя ничего не зависит. Происходит самое главное в его жизни, а он ничего не может сделать, никак не поможет Асиль.
Он не знал, сколько прошло времени до того, как раздался крик второго малыша. Миг или вечность.
— Вот и второй.
— Или вторая…
Король и Вартис сблизили бокалы и тонкий хрустальный звон привёл Шиму в чувство. Он повернулся от двери к королю:
— Спасибо, Ваше Величество, граф, что скоротали со мной ожидание. Один я бы чокнулся.
На лестнице послышались шаги, а вскоре стала видна поднимающаяся служанка. Увидев стоявшего в дверях Шиму, она остановилась и звонко крикнула:
— Господин Шимонт! Вас вниз зовут, деток посмотреть. У вас мальчик и девочка.
