В углу на стуле кипит чайник. Чайник зовут Булькин, он здесь любимец. На другом стуле – кружки, башня бисквитов. Это добрейший шеф-повар Александр Петрович испёк, зная, что вожатые сегодня припозднятся. На большом столе орудует художник Юра. Разноцветные баночки гуаши толпятся у его рук, кругом – россыпи кисточек и карандашей. Юра, сдвинув хмурые брови, выводит буквы. Он стал художником совсем недавно, когда в лагерь приехал. А вообще-то он вожатый двенадцатого отряда. Под руку Юре лезет Галка:
– Вот тут бы, знаешь, жёлтеньким оживить, чтобы, знаешь, ярко так было, весело.
– Оживим, – соглашается Юра. Он добрый.
– Пресс-центр как выбирать будем? Как обычно?
– Да, по человеку от отряда. Сами посмотрите таких… м-м-м…
– Шустрых…
– Ответственных…
– Честных выбирать надо, чтобы объективно могли оценить.
– Ну и чтобы рисовать умели, хоть немножко, – подал голос Юра.
– Жан-Жак, а если мои захотят… ну, я не знаю… реку от водорослей очистить, что делать? Разрешить?
– Под строгим контролем. Но лучше пусть берег от мусора очистят.
– Жан, а если мои вообще не захотят участвовать?
– Никакого принуждения! Только добровольно! – Жанна улыбнулась. – Хотя не помню, чтобы кто-нибудь не захотел.
Вот и сделаны дела, и чай выпит, и съедены бисквиты. Пора и спать. Но нет, не спится вожатым. Расчехлили гитару и песни поют. Что тут поделаешь? Странный народ – вожатые…
Вздыхает Большой Сон, вздыхает и Маленький. Они бесшумно выскальзывают из вожатской и опять идут бродить по лагерю, в окна заглядывать, отдыхать на крылечках.
А утром на стенде напротив столовой появилось объявление:
У объявления толпился разномастный «светлячковский» народ.
– Что такое «ДДД»? – тянули малыши.
– День Добрых Дел, ты что, читать не умеешь? Вроде не маленький…
– Я не маленький. Я – маленькая, я – Глафира. Только я всё равно не маленькая, мне восемь лет. А что такое День Добрых Дел?
– Вот и я знать хочу.
– Не знаешь… А ещё из первого отряда!
– А я знаю!
– Ну?
– Правда знаю! В том году в третьей смене такое проводили. Это когда ты всем помогаешь, а тебе за это призы дают.
– Нет! Это когда надо такое интересное придумать, чтобы всем понравилось, а потом ещё…
– Нет, надо всем помогать, а потом – призы!
– А ещё надо идти в посёлок и там старушек одиноких искать…
– А мы в том году поляну у Дальних ворот от мусора очистили. Это после родительского дня было. Мы мусора десять мешков набрали и первое место заняли!
– Поду-умаешь! А мы в этом займём!
– Ну-ну! – усмехнулся Артём из первого отряда и, сунув руки в карманы модных шорт, величественно удалился.
Стриженная под мальчика Глафира, кудрявый Ромка, синеглазый Никита и все остальные восхищённо смотрели ему вслед – первый отряд!
Седьмой отряд тоже был взбудоражен объявлением. После завтрака «шайка садоводов», как давно прозвали их в лагере, собралась заняться своим обычным делом. Они даже на объявление особого внимания не обратили. Вчера дядя Олег, Сашенькин папа, доски для забора привёз – сегодня ставить надо. Дел невпроворот.
– Да вы что?! – округлила глаза отличница Болотова. – С ума посходили в своём саду? Это же «Три Д»! Это же сам директор! Это ответственно! А призы там таки-ие!
– Да какие призы! – фыркнула Маша Скрябинская. – Ну, дадут пирожное-мороженое да килограмм конфет. Что мы, конфет не ели?
– Ребята! – взмолилась вожатая Лена. – Ну нельзя же так… вот так совсем… игнорировать жизнь лагеря! Ася! Девочки! Все отряды в «Три Д» участвуют! Даже первый!
– Да уж, конечно, – взвизгнула поросёнком Настя Вигилянская. – Вы… Вы… Больше таких чокнутых нету! Только парочка ненормальных, как вы, да малышня из пятнадцатого отряда!
– У вас с ними уровень один – детсадовский! – пропела Саша Лазарева. Мальчишки повскакивали, девчонки закричали. «Подерутся!» – почти испугалась Лена.
– Наташка! – отчаянно выкрикнула в общем гаме Алёнка. – Ну ты-то чего с ними? Будто тебе нравится в земле ковыряться!
Наташка Ястрова зажала уши и процедила с ненавистью:
– Да я не могу уже про ваши наряды и романы разговаривать и всех обсуждать! Прасковья! Давай в сад, чего их слушать!
И Наташка сбежала по лесенке. Остальные садоводы потянулись следом. Седьмой отряд окончательно раскололся на два враждующих лагеря. «Плохая идея была этот „Три Д“», – тоскливо подумала вожатая Лена.
– Подумаешь, садоводы несчастные! – закричал им вслед Мартыш.
– Обойдёмся! – взвизгнула Настя Вигилянская. – Мы такое дело придумаем, мы…
– Пусть проваливают!
– Скатертью дорожка!
