— Тебя все очень ждут, — произнесла Лариса Аркадьевна и мягко взяла подростка за руку. Он молча кивнул. Она тоже помолчала, точно не решалась заговорить. — Тебе не хватает Валеры?
— Валерка знал обо мне всё. А теперь я совсем один.
— Прости, мы не сумели помочь тебе. Но в этом есть и твоя вина, ты никого не впустил в свою беду.
— У меня был ребёнок, — вдруг сказала Лариса Аркадьевна. — Давно. Он тогда ещё не родился, но он был. — Она улыбнулась. — Упрямый, нетерпеливый. Чтобы угомонить, я рассказывала ему сказки. Он тоже был моей частью. Мы были единым целым, как ты с Валерой. С ним я не чувствовала себя одинокой.
— Здорово.
— Я привыкла, что мы с ним одно, но… Когда он должен был родиться, мне дали наркоз. Потом я очнулась, и мне сказали, что его нет. Я могу понять тебя.
— Это не то. — Славка насупился. — Я никогда не жил без него. Я не умею, мне страшно. Вам никому не понять!
— Никто не является твоей частью. Валера был отдельным человеком. Ты любишь книги, а он любил футбол. Ты — тишину, а он — шумную компанию. Мы все поврозь. Единая кровь не гарантия от одиночества. Нам не слиться воедино. Но мы можем быть рядом. Людей соединяет другое. И это другое не даётся природой. Над этим надо работать самому.
