– Знаете, Варис, я никогда не питала к вам расположения. Я вас уважаю, восхищаюсь вашей парламентской деятельностью, но… – Она сплела пальцы в замок. – Врачам – даже тем, у кого нет магических способностей, – первым делом внушают, что в человеке существует неразрывная всеобъемлющая связь между плотью и духом. В кончике пальца сосредоточено все человечество, а вместе с ним – Богиня. Но вы… вы напоминаете какой-то механизм, управляемый изнутри, отмежевавшийся от внешнего мира рычагами и проводами. Отделенный от…
– От Богини. Верно.
Свежта медленно разжала руки.
– Я понимаю, вы хотите отомстить виновнику того, что случилось с Извором. Если бы я и впрямь думала, что кто-то умышленно причинил вред Извору, я бы, наверное, пожалела, что вообще хоть кого-то в жизни спасла, поскольку это бы означало, что люди – чудовища, недостойные жить.
– Оказывается, у нас с вами есть кое-что общее. Я думаю о людях так же.
– А Извор говорил мне другое.
Варис взглянул на Извора.
– Как долго человек может прожить в таком состоянии?
– В Аскорельском медицинском колледже есть пациент, который вот уже шесть лет находится в коме.
– Да, конечно, – кивнул Варис, припоминая. – Сын корона Ферлейна. Он упал с лошади. В парламенте с тех пор заседает его представитель.
– Но обычно в подобных случаях жизнь пациента не поддерживают столь долго.
– И вы мне сейчас объясните почему, – сказал Варис, не отводя взгляда от Извора.
– Установить связь с разумом пациента не очень сложно, хотя и требует большого искусства. Заявление пациента, полученное под наблюдением представителя гильдии чародеев, обладает юридической силой. В большинстве случаев…
– Разумеется. Думаю, именно поэтому отец Ферлейна отказывается от проведения процедуры.
– Решение придется принимать вам как душеприказчику.
Варис промолчал.
В дверь постучали.
– Милорд Варис, доктор Свежта…
– Да, Кларити?
– Досточтимые господа, прибыл санитар. Он ждет внизу.
Варис и Свежта спустились в гостиную. У камина лежал потрепанный саквояж-линкмен, а рядом стоял, вытянувшись в струнку, высокий мускулистый человек, рыжеволосый, коротко стриженный, в традиционной форме санитара: белая рубашка с короткими рукавами, белые брюки и холщовый жилет с большими карманами. На фоне белоснежной формы резко выделялся темный загар. На руке, через которую был переброшен аккуратно сложенный плащ, виднелась татуировка – якорь, обвитый цепью. В правом ухе висела золотисто-оранжевая жемчужина, а на переносице сидели очки с толстыми линзами.
– Треван, рада вас видеть, – сказала Свежта. – Милорд Варис, позвольте представить вам Тревана Дейна, квалифицированного санитара. Треван, это Варис, корон Корвариса. Милорд Варис отдает указания и распоряжения от имени пациента до его выздоровления.
– Мое почтение, милорд, – сказал Дейн и отрывисто, по-военному, кивнул.
– Вы бывший алинсейский морпех? – спросил Варис.
– Милорд, вы очень наблюдательны, – ответил Дейн, показывая татуированную руку. – Я служил в Островной флотилии в чине капрала. Уволен по инвалидности, в чине сержанта.
– С вашего позволения… – сказал Варис, подступив к нему поближе.
Кожа вокруг правого глаза Дейна была неестественно гладкой и блестящей, а зрачок – овальным. Судя по всему, регенерацией глаза занимался не очень умелый чародей.
– Милорду наверняка известно, – сказал Дейн, – что в связи с переходом флота с парусников на корабли с паровыми двигателями ведется также и смена личного состава. После ранения я решил получить не денежную компенсацию, а образование. Диплом санитара я получил в Аскорельском медицинском колледже. Кстати, милорд, сейчас я гражданин Лескории.
– Мне пришлось уведомить агентство по найму медицинских работников о состоянии больного, – ровным голосом произнесла Свежта.
– У меня нет никаких претензий к Островной флотилии. Позвольте поблагодарить вас за прямоту. Я ценю вашу честность. Если вы не против, то, может быть, во время моих визитов у вас найдется минутка рассказать мне о службе. – Варис повернулся и увидел в дверях Кларити. – Будьте добры, возьмите плащ у досточтимого господина.
Дейн вручил плащ Кларити и подхватил с пола свой линкмен.
Свежта повела Дейна наверх.
Варис пошел за Кларити, мимо гардеробной на кухню – небольшую комнату, облицованную темно-синей плиткой и заставленную белым фарфором. На столе, среди разбросанных бумаг, стояли пустая чайная чашка и немытая тарелка.
В кухне вкусно пахло бараньим бульоном, и Варису очень захотелось есть.
– Может быть, все-таки позавтракаете, милорд? – предложила Кларити. – Есть лепешки с сыром и пряной зеленью, и свежие плетеники с ягодами. Клест все присылает корзинки с едой, надо же что-то с этим делать, – извиняющимся тоном закончила она.
– Да, бульон и лепешки будут очень кстати. А вы не составите мне компанию, пока доктор занята?
Варис снял камзол, повесил на крючок, обернулся, жестом подозвал Кларити, снял с вешалки фартух, надел на нее, чтобы не испачкать черный сюртук, а потом уселся за стол.
Она кивнула, наполнила чашку бульоном из кастрюли на плите и начала разогревать лепешки.
