Получается, то ли парень, то ли девица переодетая был из Протумбрии. И эти двое снимали номер не на всю ночь, а на несколько часов. Только я никак не могла взять в толк: чем им Лешек не угодил? Неужели решили, что это он под дверью подслушивает?
Пока я осуществляла глубокий мыслительный процесс, Вилка расспрашивала Бражинку о Мартине, но подавальщица фыркнула, что у них каждый день с десяток похожих студентов останавливается, всех не упомнишь.
— А больше вы того магистра с переодетым студентом не видели в гостинице? — на всякий случай поинтересовалась я.
— Видела, — неожиданно ответила Бражинка и вновь протянула руку к деньгам.
Вилка передала ей кружку с крепким напитком. Подавальщица дар милостиво приняла и, шумно отхлебнув, сообщила:
— Где-то пару недель назад магистр в гостиницу прошмыгнул, а сам все озирался. Небось от жены прятался с полюбовницей. Но такую бороду не спрячешь — уж очень она заметная, почти все лицо закрывает!
— Не было у магистра никакой бороды! — стоял на своем Лешек, шепча на ухо.
Опустошив кружку, подавальщица поднялась с места:
— Извиняйте, лиры. Больше не могу с вами болтать, работать мне надо.
Девица убежала, а я задумалась.
— Лешек, а ты больше так и не вспомнил, о чем еще те двое говорили?
— Да нет же! Поднос принес и поставил. Парень стоял ко мне спиной, назвал мужчину «магистром», когда я дверь открывал. Вот и весь разговор.
Я загрустила. И где искать этих двоих? Особенно таинственного то ли студента, то ли переодетую девицу. Да таких фигуристых и темноволосых в каждом городе хоть отбавляй. Вот и Лисяндра тоже была такой. И как раз погибла две недели назад, после того как «парочка» в последний раз встретилась. Неужели фрейлина здесь кого-то шантажировала и выслеживала? Видать, этот магистр ее и устранил! Прав Десмонд: белобрысый лер Тори не виноват.
Так толком и не поужинав, мы поднялись в номер «2-29» с повышенной оплатой и пониженной комфортностью. Лешек куда-то улетел, не иначе посмотреть на родню. А нам не спалось. Предложила Вилке прогуляться по саду, заодно калитку показала.
— Куда она ведет? — поинтересовалась подруга.
— Там дальше улица, на которой живет Лешек. А с той стороны выход к площади, где стоят таксомобили и наша «Букашка», — пояснила я.
Вилка потянула меня за руку.
— Проверим!
Мы прошли по ночной пустынной улице до конца, затем свернули и оказались на стоянке.
— Куда же ты мог пойти, Марти? — бормотала подруга, словно следуя по следам возлюбленного.
Заприметив водителей таксомобилей, Вилария направилась к ним, намереваясь расспросить. Я же обнаружила одинокий дилижанс, водитель которого при свете тусклого фонаря держал табличку «Ликарния».
— Вы отправляетесь в столь поздний час? — удивилась я.
— Ночью дешевле выходит, — пояснил мужчина. — Если сейчас ехать, под утро будете в Ликарнии. Можно там осмотреться, дела поделать и днем вернуться обратно в Жижу. Желаете?
— Мы с Мартином мечтали уехать в Ликарнию, — раздался позади голос подруги.
Судя по расстроенному выражению лица, от водителей таксомобилей никакой полезной информации она не добилась.
— Так едем, лиры! — закивал водитель, приглашая нас в салон дилижанса. — Не заметите, как я вас довезу, подремлете. А если с обратной доставкой в Жижу, меньше плату возьму.
— Мне утром необходимо попасть в академию, но ты можешь поехать, — предложила я.
— Правда? — обрадовалась подруга, особенно после того как водитель назвал смешную сумму, а из дилижанса выглянула пожилая матрона и принялась нахваливать городок. — Мартишка, ты же знаешь, во мне нет магии, но есть интуиция. Меня словно тянет туда!
— Значит, езжай! А завтра днем встретимся в гостинице.
— Спасибо!
Мы с Виларией обнялись, мужчина забрал деньги, выдал билет, и через пять минут дилижанс уже отъехал от площади.
Я же направилась в номер, размышляя о несправедливом законе, нарушающем права немагов. У моего отца магии хватало лишь на то, чтобы силой мысли забить в стену гвоздь. На этом и сила, и мысли с ним прощались. Тем не менее это позволило ему взять в жену мою мать, смеска из богатой семьи. А немагу, который действительно нравился маме, семья отказала. Вилка в отличие от моего папаши не искала в браке выгоду. Она искренне любила Мартина, но чтобы получить разрешение на брак, им предстояло собрать кучу подписей. Видите ли, прежние правители Альмерии и Протумбрии боялись, что магия вовсе исчезнет, поэтому пытались поддерживать в первую очередь магические браки, считая людей без способностей вторым сортом.
А ведь у Эвзена и Нады, согласно легенде, дети были не только темными, светлыми магами и смесками, но и без магического дара. Потому что для богов все равны и любимы. В наши дни в храмах остались лишь статуи Нады и Эвзена, скульптуры их детей исчезли, а из книг убрали любые упоминания. Мне повезло, что в пансионе преподаватель истории прекрасно знал свой предмет, а в силу возраста еще что-то помнил. Я искренне надеялась, что наместник Кристиан и его отец, король Леопольдус, все же решатся на серьезный шаг и предложат изменить закон, не выделяя магов в особую касту.
