Я с первого взгляда готова была выйти за него. И даже совершить преступление в качестве свадебного подарка. Вот так оригинально проводят собеседование ментальные маги.Морок прошел, однако осадочек остался. Я работаю на человека, в котором подозреваю злодея. И он мои догадки оправдывает с переменным успехом. Увольняться опасно для жизни. И кроме того, мой работодатель может быть причастен к бедам моей семьи.Смогу ли я, простая травница, обвести вокруг пальца похитителя мыслей?
Сочный мужской голос торжественно вопрошал:
— Согласна ли ты, Мередит Травница, стать женой Андреаса Угрюмоша?
— А кто это, можно хоть посмотреть? — душа моя хотела петь от радости, но сквозь этот купол безудержного счастья вдруг пробились робкие ростки тревоги. Стать женой? Я точно за этим сюда пришла? Но оглядевшись, поняла, что да, вряд ли я могла оказаться в таком месте с другими намерениями. Что тут еще можно делать, кроме как замуж выходить?
Я стояла перед алтарем, а всё вокруг заполняли лучи света. Воздух был пропитан запахом ландыша. Легкий ветерок сквозил по храму, разнося лепестки цветов.
Многочисленные подружки невесты затаили дыхание и тихонько смахивали слезинки. Кто-то рыдал в голос.
Я же была в платье невесты нежно-розового оттенка, и с удивлением глядела на жреца. Высокого, седовласого мужчину в мантии кремового цвета. Казалось бы, в храме, да еще у алтаря, ему быть положено. Но почему-то на короткое мгновение служитель показался мне каким-то неправильным. Что-то в нем не то… впрочем, сомнение тут же исчезло. Это просто естественное волнение невесты, не иначе. Невесты… Этим утром я была невестой? Кажется, у меня имелись совсем другие планы. Что-то очень важное, да. Но свадьба ли?
Я попыталась ухватить эту мысль за кончик, подтянуть ближе и тщательно подумать, но меня отвлек возглас жреца:
— Да вот же он, твой жених!
Оглянувшись, я увидела ЕГО и всё вдруг встало на свои места. Тревога отступила, сомнения лопнули и превратились в лепестки роз, которых тут и без того полно. Как вообще можно было о чем-то беспокоиться, видя такого мужчину перед собой?
Мой жених оказался прекрасен. Высокий, статный, на широкие плечи накинут плащ, что разлетается, будто крылья.
Черные блестящие волосы небрежно уложены, серые насмешливые глаза слегка прищурены. Идеальные, породистые черты лица выдавали благородное происхождение.
Андреас протянул мне руку, которую я приняла с удовольствием. Какая крепкая, мужественная ладонь. Сильные пальцы дарили уверенность в том, что всё под контролем. Под его контролем.
— Пойдешь за меня? — спросил мой жених проникновенно.
— Ещё бы! — выдохнула я, пожирая его обожающим взглядом. — Вы такой… красивый!
Мне хотелось сказать куда больше этого, но я не хотела слишком откровенничать при посторонних. Хотя… кажется, они куда-то исчезли. Все, кроме жреца. Но совершенно неважно, что с ними стало. Главное, что мою ладонь поглаживают сильные и властные пальцы, запуская волну, бегущую по всему телу. Я готова броситься в его объятия, вдохнуть мужественный терпкий запах. И отдаться взаимной страсти. Пусть только жрец выйдет.
Андреас ж не терял нить разговора и продолжал все тем же манящим тоном:
— И ты будешь выполнять всё, что я тебе скажу? — сказав это, Андреас приподнял мой подбородок, вглядываясь в глаза. И его губы были так близко от моих. Казалось, сердце сейчас остановится! Я чуть не застонала. Он прекрасный, обаятельный, совершенный, лучший парень на свете!
— Да! — прошептала я. Когда же нас объявят мужем и женой, чтобы мы могли поцеловаться?
Я видела этого человека впервые в жизни, но уже хотела его душой и телом, всего без остатка. И мечтала ему принадлежать.
— Даже если тебе покажется это противозаконным? — уточнил Андреас, и в тот момент я поняла, что ничего прекраснее мне никто никогда не говорил.
— Конечно! — с жаром прошептала я, подаваясь вперед.
— Хорошая девочка, — одобрительно кивнул жрец. Почему он еще здесь? Ведь мы уже всё выяснили!
— А если нас поймают, ты возьмешь вину на себя и ни за что меня не выдашь? — шепот Андреса стал совсем уж интимным, от него под моей кожей словно пробежал сноп искр.
— Сколько угодно раз, любимый! — жарко ответила я, придумывая имена нашим общим детям.
— А могла бы ты убить ради меня? — его руки легли на мою талию, мы стояли щека к щеке и я замирала от этой близости.
Подождите. Что он сказал?
Убить? А это точно брачная церемония? И почему жрец ест яблоко? Что вообще сейчас происходит?
— Что скажешь, милая, насколько ты мне предана? — губы Андреаса у моего уха, горячее дыхание щекотало и будоражило.
Но волшебство момента уже было потеряно. Я потрясла головой и проморгалась. И осознание действительности обрушилось на меня, словно ведро с ледяной водой. Сердце сначало сжалось, а потом пустилось вскачь, мне показалось, что я вот-вот упаду в обморок. Разочарование оказалось таким острым и сокрушительным, что я чуть не разревелась.
А потом вспомнила, что вообще-то пришла на собеседование.
— Не подходит, — разочарованно протянул голос жреца, — я приглашу следующую?
Мы вовсе не были в храме. И даже не стояли с Андреасом рядом. Я обнаружила себя сидящей на месте посетителя в кабинете, заставленном книгами. А через стол от меня располагался тот самый Андреас Угрюмош. И выглядел совсем не как в моем видении. Это же было видение?
