– Возьми бутылку, я буду прикладываться, пока ты будешь мне её делать. И плакать.
– Хорошо. Я тоже. Поэтому стаканы нам и не нужны.
– Да, я в таком состоянии могу его разгрызть.
– Это ты про стакан?
– Как же! – усмехнулась Натали и повалила Ганешу на кровать. – Про Банан. Доставай, кто не рискует, тот не пьет шампанское!
И начала делать ему минет. Иногда прикусывая:
– Извини!
– Ничего-ничего, не расстраивайся. Мне это даже нравится.
– Грёбанные деньги!
– «Мы европейские слова и азиатские поступки!»9 – напомнил ей Ганеша то, что она обещала хранить ему твёрдость сердца.
– Да пошёл он, У-щербный! Молчи, а то точно откушу!
– Хорошо, больше не буду умничать.
– Хотя, да, всё верно. И звучит красиво, – через минуту «молчания» согласилась Натали.
– Красота спасёт мир, но погубит цивилизацию, – вздохнул Ганеша. – Ложись на спину!
– Солянка? – обрадовалась Натали, задирая пышную юбку платья на самый живот.
– Нет, вначале секс! Я буду очень груб.
– Я – тоже. Я очень на себя зла! Поэтому, извини, но виноват в этом будешь ты. Мог бы сделать вид, что ничего не понял.
– Хорошо, тогда нам надо сперва выпить.
И когда они выпили с горла, не закусывая, Натали скомандовала:
– Поехали! Жжём мосты!
– По-полной! – подтвердил Ганеша и тут же вошёл в неё. Как к себе домой! Ощутив домашнее тепло её «очага».
– Я просто шлюха!
– Я знаю. И я не лучше. Я конченная мразь!
– Подлец! Ублюдок!
– Тварь!
– Ударь меня! Не так. Сильнее!
– Я не могу, прости.
– Слабак! – и вдруг сама его ударила. По морде!
– За что?
– За то, что ты слабак! И удержать меня не можешь! Или – уже и не хочешь?
– Ах, так!? – и хлестанул её ладонью по задратой ляжке.
– Ещё! Не так. Сильнее!
– Нет, прости, – повесил он нос, и тут же за это получил пощёчину. – Ах, ты – опять?! Ну, шлюха, доигралась! – вернул он ей пощёчину.
– Сильнее, слабак! Женщины любят, когда их бьют. Или ты думал, почему они всё это терпят? Стерпится-слюбится? Да всё это чушь! Все они любят, когда их наказывают! Ставят на место! Им нравится чувствовать себя безвольной. Рабыней, тварью. Заискивать, как собака перед хозяином, преданно вилять хвостом. Или ты думал, почему твоя мать терпит твоего подонка отчима, на которого ты мне столько раз жаловался? Это их ролевые игры, глупец! Женщины любят встречать с работы мужчин ужином, а её за это ещё и бьют! Кайф! Ударь меня, мой хозяин! Ну же!
– Куда? – растерялся Ганеша.
– Да хоть куда! Лишь бы – наотмашь! Или ты думал, почему «Тихий дон» считается классикой? Да там мужики постоянно колотят своих женщин. И читательниц именно это и заводит. И будет заводить всегда! Поэтому он – бессмертен! Шедевр! Ни то что твои лизоблюдства! Бездарность! Ударь меня! Бестолочь! Будь мужчиной, слабак!
И он снова звонко шлёпнул её по заднице. Лишь бы та отстала.
– О, да! Я сделаю из тебя мужика, хлюпик! Начитаются своих стишков и воображают о женщинах черт знает что! А мы – животные! Злобные, как исчадья ада! Которых надо укрощать! Вот что мы любим, когда встречам тех, кто сильнее нас. Тех, кто тут же поставит нас на место! Понял, слабак? Поэтому-то все бабы и изменяют тебе, что ты перед ними стелешься и лижешь зад! Ты должен видеть в каждой из нас исключительно животное. И понимать то, что нам от тебя надо.
– И – что же?
– Унизить тебя! Или ты думал, для чего мы все вам изменяем? Втоптать в грязь! Вот что нас заводит! Пока ты будешь распускать нюни, слабак. И думать о высоком. А мы будем этим наслаждаться! Или ты думал, почему я тебе изменила? Да мне плевать на эти деньги, я хотела тебя унизить, снова сделать тебе больно! Думаешь, я вчера тебя не видела? Ведь ты так до меня страдал! Бедненький. Поэтому я не могла не сделать тебе больно! Ещё раз! Вот в чём кайф от жизни! Понял? Ударь меня! За это!
– Да ты мразь! – хлестанул он её по заднице.
– Вот, уже получше. Я растопчу в тебе этого сопливого Ганешу. Стань со мной полностью Бананом. Этим уродом. Ударь меня! Будь мужиком. Накажи! Ещё раз!
– Может, уже хватит?
– Так мне ещё раз тебе изменить, чтобы ты набрался храбрости? Ты хочешь, чтобы водители пустили в офисе ночью меня по кругу? Ради тебя я готова и на это, пойми. Я люблю тебя! И сделаю всё, что ты прикажешь! Сделать это? Ради тебя!
– Я тебе сделаю! Молчи, шлюха!
– Тогда ударь. Ни то я прямо сейчас напрошусь в помощь диспетчеру. Сегодня пятница, наплыв заявок, от меня не откажутся. Ни один водитель! Больно? Ударь, ни то я именно так и сделаю. Я должна ощущать твою власть над собой, пойми! Ты – мой господин! Либо я начну вытирать об тебя ноги.
– «Третьего не дано»?
– Ты должен быть готов наказывать ту, что с тобой рядом. Всегда. Иначе ты сделаешь из неё шлюху, слабак! Своей безвольностью. И ей будет нравится быть с тобой только лишь для того, чтобы снова и снова изменять тебе, нытику! Как Васаби.
– Тварина! Мразь! – хлестанул он её по заднице.
– Это – наша природа! Пойми. И держи меня в кулаке. Ударь кулаком!
– Нет, только не кулаком!
– Слабак! Ты думаешь, мне будет больно? Да мне больно на тебя смотреть! Я кончу, если увижу, что ты стал мужчиной!
– Так – пойдёт? – спросил Ганеша, влепив ей пощёчину. Чтобы она отстала.
