Я заставил себя порыться в карманах трупов, нашел кучу разнокалиберных пропусков. Выбрал единственную с зеленой полоской и направился в путь, окружив себя коконом Раас, отражающим материальное воздействие. Жуткая комната осталось позади, сознание с облегчение подернуло воспоминание дымкой, притупив эмоции. На турели, буквально засыпающие меня раскаленным металлом, я не обращал внимания - щит требовал минимума энергии для поддержания. А здесь ее было столько, что я мог, наверное, накрыть всю базу. По дороге я сплел простенькое, но достаточно эффективное в небольшом узком помещении, заклинание.
За очередной дверью мне пришлось наблюдать страннейшую картину - отряд солдат азартно поливал свинцом группу людей, плотно прижавшихся друг к другу. А те общими усилиями создавали подобие моего кокона, работающее на телепатии и воздействующее на каждую пулю в отдельности. Судя по всему создавать достаточно напряженное магическое поле они не умели. Но при этом у них доставало сил и способностей, чтобы отражать настоящий шквал. Вывод мог быть только один - талантливые неумехи, которые не знают даже основных законов. С другой стороны местные маги мне куда ближе, чем местные военные. Я сцепил кисти в замок, создавая между ними разность потенциалов. Это заклинание я сплел по дороге сюда и подвесил в ауру, где оно могло храниться неограниченно долго, готовое к активации. Затем я стремительно развел руки в стороны и бросил искру, ладони соединила ослепительная электрическая дуга, которая, повинуясь течению заклинания, полукругом изогнулась вперед, касаясь всех военных. По коридору прокатилась удушающая волна запаха паленой плоти, затем раздался стук падающих тел. Я прикоснулся к металлической стене, сбрасывая оставшийся заряд.
- Вы как, коллеги? - приятно видеть изумленные лица. Невольно чувствуешь себя великим магом. Если бы не вечные упреки учителя, то даже возгордился бы. Но хватало одного лишь воспоминания любого боя с ним, и ощущение могущества пропадало, будто и не было его. Маги повалилась на пол в крайнем истощении, на кучу тел и запах они не обращали внимания, наверное слишком устали, вряд ли у всех компании такие железные нервы. Я пригляделся к ним внимательнее. Все маги были молоды, если не сказать больше. Старшему не больше двадцати пяти, а младшей годков пятнадцать. Три девушки и два парня.
- Спасибо, гораздо лучше, чем были бы через минуту,- наконец выдохнул старший, выравнивая дыхание быстрее всех. Остальные до сих пор дышали как загнанные лошади. - Что делать будем? И кто ты?
- Да мне бы самому знать...я и сюда шел, думал здесь помощь подоспела. А тут вы, нежданно-негаданно,- девчонки почему-то покраснели. Будто лично виноваты в том, что здесь не долгожданная помощь, а всего лишь они. Да, женская логика это нечто. Вопрос о себе я мягко проигнорировал, а парень тактично сделал вид, что этого не заметил. - Вы вообще как тут оказались?
Задавая последний вопрос, я старался дать себе время определить новый курс партии, то бишь меня.
- Мы здесь по одной причине, у нас начала получаться кое-какая магия, и мы имели глупость это показать. Вот и оказались здесь подопытными кроликами. Так бы и сидели, если бы не появление маны, как эти его называют, маго-излучения. Ну и решили, что лучше умереть в попытке выбраться, чем дожидаться вскрытия или еще чего похуже. Но сил не рассчитали, щит поставить смогли, а вот атаковать - никак. Ну а тут появился ты,- и снова Стас воздержался от вопросов. Сразу видно умного человека, приятно пообщаться. Но неужели это все правда? Младшей девочке, еще даже не девушке, было лет пятнадцать от силы, второй - немногим больше. И на опыты, в камеру? Они не люди что ли совсем? Не знаю, может необходимость и требовала такого решения, но я принимать ее отказывался.
Внутри возникла злость. Она разгоралась подобно лесному пожару, стремительно захватывая всего меня. Я никогда не ощущал ничего подобного, это была даже не злость, а всепоглощающая ненависть. И странным образом она дарила абсолютный покой и решимость. Это смесь небрежно подавила испуг, отбросила сомнения, скомкала удивление. Видение мира сместилось в энергетическую часть без всякого моего желания. Я невольно вздрогнул, взглянув на себя. Вместо тонкой ажурной паутины сиреневого цвета во мне бушевал пожар. Черное пламя обвивало каждую нить, каждый узел, сливаясь в огромный костер.
Я знал что делать, я знал как делать, я видел невероятно сложное плетение и знал, что смогу его создать, именно сейчас, когда разум работает невероятно точно. Нити темного огня сплетались в прекрасный смертоносный узор, я одновременно ткал более чем сотней потоков, хотя раньше семь были моим пределом.
