- Кристалл оказался завязан на тебя и послужил своеобразным саркофагом. Так что ты смог прожить некоторое время, чтобы, наконец, овладеть азами! Тебе до мага как мне до Владеющего. Маги учатся всю жизнь, а ты думал, что за год сможешь что-то освоить? Идиот. Большая часть силы в тебе от Синмарина. Стоит только выпустить его, и ты узнаешь, что ткать десятком нитей уж невозможно, тебе едва-едва подчиняется пара, поймешь, что такое боль от пропускания слишком большого количества энергии, как трудно на самом деле впитывать окружающую силу, как мало твоя аура может подпитывать заклинаний. Ладно, я немного увлекся. Так вот, кристалл служил твоей защитой, но и она истощается. А после того, как Синмарин спас тебя от смерти, саркофаг трещит по швам. Потому-то тебя и пора отправить куда подальше. Бывай, ученичок,- маг взмахнул руками, и на меня со всех сторон навалилась пустота. Каким же я был дураком! Прав этот темный маг. Темный, почему я думал, что он хочет кому-то помочь?
Из горла вырвался крик. По всему телу начали появляться черные пятна, точно такие же, какие можно увидеть на горящей бумаге. Вот в одном месте темное пламя прорвало тонкую оболочку тела и изливалось на землю настоящей рекой. Я почернел как головешка, но мог только стоять и смотреть на творящего свои чары Лекиара. Будь он проклят! Я попытался зачерпнуть энергию из огня, но он уже не был частью меня, он не подчинялся мне и презрительно игнорировал все мои потуги. Постепенно тело немело, я переставал ощущать его. Маг издевательски помахал мне рукой, вызвав волну дикой злобы. Спираль стремительно распрямилась, выкидывая меня прочь из этого мира. Но даже теперь я ничего не мог поделать, все было решено. Я не обратил внимания на пять искорок, выскользнувших следом за мной. Передо мной был целый сонм миров, бесконечность манила, звала, обещала. Но я был всего лишь марионеткой. Меня властно рвануло к шарику, покрытому красной плесенью.
Чем ближе я к нему подлетал, тем больше мне удавалось понять. Красная плесень оказалась дырами в энергетической оболочке мира. С такими ранами очень скоро он прекратит свое существование. Что-то внутри властно толкало меня, заставляя действовать. Что? Я не знаю, что с этим делать, я же всего лишь глупый ученик. Но мое бездействие не устраивало поселившееся во мне существо. Тело пронзила боль. Казалось, что каждая клеточка горит в огне, растворяется и снова возникает из ничего.
Хорошо, хорошо, я все сделаю! Неведомый собеседник не оставил мне выбора, терпеть подобное было невозможно.
И я сделал единственное, что пришло мне на ум, я начал рвать свою собственную ауру. Пусть будет смерть, но хотя бы быстрая. И этими обрывками я латал маленький шарик перед собой. Смерть, на удивление, не спешила. Черный огонь внутри меня добросовестно создавал новую ауру, одну за другой. А я все рвал и рвал, стараясь укутать шарик как можно плотнее. Наконец красная плесень исчезла, а мир будто встрепенулся. Я почувствовал это. Казалось, что собака ткнулась холодным носом в ладонь и тихо вздохнула "Где же ты был, хозяин". И тут на месте новой заплатки снова начала появляться плесень!
Невероятно! Я стремительным болидом понесся вниз, окрыленный жгучим желанием стереть подобных мерзавцев с лица моего мира. Это оказались всего лишь демоны. Пламя, которое вырывалось из моего тела длинными языками, будто обрело собственный разум. Хотя почему будто? Оно и было живым и сейчас стремилось к каждому демону передо мной, изгибаясь подобно сотням, тысячам нитей. Наверно я сейчас выглядел кошмарно, куда там демонам. Полутруп, уничтожающий армию. В черном огне парят многочисленные куски плоти. Постепенно они становятся все меньше и меньше, поддаваясь темному напору. Ощущение преданного пса потянуло меня на север. Я метался по всему миру, везде выжигая эту заразу! И меня наполняла эйфория. Да, пусть я умру, пусть это конец моего пути, зато я умру богом, истинным богом, чтобы там Лекиар не говорил о Владыках.
Но все кончается, от тела остались лишь отдельные кусочки кожи посреди бушующего пламени, а впереди был последний город. Город, поддернутый странной холодной пеленой. Как ни удивительно, он вполне успешно противостоял огромному осадному лагерю противника. Я привычно отдался пламени, позволяя ему растекаться бушующими реками огня, смывая эту заразу. Бойцы на стенах приветствовали меня дружным криком.
- Синмарин! СИНМАРИН!
