Героем повести и трех рассказов книги «Астраханский вокзал» является работник транспортной милиции Денисов.В первом рассказе Денисов — курсант школы МВД, смелый, ловкий, легко идущий на риск парень, предъявивший свой личный счет нарушителям социалистической законности. В повести Денисов уже офицер милиции. Работа сделала его наблюдательным, отточила его интуицию и укрепила в нем бережное отношение к людям и решимость охранять их.
— Сержант Денисов! — вполголоса сказал подполковник.
Денисов, сидевший у окна, встал, одернул китель и, стараясь не спешить и не выказывать волнения, пошел меж рядами столов.
Была в скуластом рыжем подполковнике, руководителе семинара, внутренняя сила, которую Денисов не мог объяснить. Держал себя подполковник так же, как и другие преподаватели, может, только шутил реже. И еще: даже когда отходил от темы семинарского занятия, говорил обо всем серьезно и самую суть.
— …Разыскивается вооруженный преступник, левша. Вы несете службу в ночное время на окраине города. Впереди показался человек, схожий по приметам с разыскиваемым. Возникает необходимость проверить документы…
Преподаватель подал знак рукой, и маленький юркий крепыш с предпоследнего ряда выкатился на средину класса. Денисов встретил его чуть в стороне от свисавшей с потолка лампы, обозначавшей во время занятий уличный фонарь.
— Извините, прошу предъявить документы! — Против предполагаемого левши Денисов, как и следовало, держался левой стороны.
Задача не относилась к числу сложных: проверяя удостоверение, нужно было только следить за мелкими предметами, которые партнер быстро достает из карманов, и скороговоркой называть их классу, демонстрируя остроту и цепкость бокового зрения. В случае внезапного нападения полагалось отразить его отрепетированным болевым приемом, обезоружить преступника и лишить возможности к сопротивлению.
Класс ждал схватки, но партнер предпочел не нападать.
— Закончили! — В голосе подполковника прозвучал особый командирский тон. Партнер Денисова пошел на свое место в предпоследнем ряду. — Товарищ сержант! Не вспомните, сколько машин вы видели сегодня перед школой, когда мы возвращались из тира?
— Кажется, четыре… Да, четыре.
— Что вы можете о них сказать?
— «Жигули» серого цвета с надписью мелом «Транзит»… Такси областное, заднее стекло испачкано глиной…
Денисову нравились и преподаватель, и занятия.
Будущих постовых учили здесь замечать малейшие изменения окружающей обстановки, быть внимательными, запоминать десятки, а то и сотни всякого рода мелочей, каждая из которых могла оказаться в будущем единственно важной при раскрытии преступления.
«Не смотри по сторонам!», «Не отвлекайся!», «Занимайся своим делом!» — всего этого просто не существовало для тех, кто посвятил себя работе милиции. И, вступая в новый для себя мир, пока еще, правда, не в уголовный розыск, как мечталось, а только на постовую службу, Денисов чувствовал, как понемногу становится другим — более сдержанным, внимательным и дружелюбным по отношению к людям, которые как бы попадали теперь под его опеку.
— Товарищ подполковник! Пусть Денисов проверит мои документы! — Смуглый, словно только что с черноморского пляжа, Черкаев, один из «старичков» взвода — тех, кому больше тридцати, поднял руку.
Черкаев, считавшийся в восьмом взводе лучшим после Денисова, был напорист, умен, безукоризненно исполнителен и словно рожден для того, чтобы командовать и подчиняться, хотя на гражданке лет пять проработал в таксомоторном парке, где особо строгих порядков не замечалось.
— Разрешаю, — сказал преподаватель.
Они встали друг перед другом — с виду узкоплечий и худощавый, но с крепкими, привычными ко всякой тяжелой работе руками Денисов и плотный, но верткий Черкаев.
Черкаев протянул удостоверение — верхнюю часть его загораживала вложенная под слюдяную обложку записка. Этого не положено было делать, но Денисов не мог тратить время на замечания: Черкаев уже показывал взводу содержимое своих карманов.
— Ключ, неполная пачка сигарет «Шипка», записная книжка, — перечислял Денисов, уткнувшись в удостоверение, — коробка спичек, свисток, юбилейный рубль, брелочки, пуговица, карандаш…
Зная характер Черкаева, он готовился к защите, но и этот партнер не стал нападать.
— Все? — напряженно спросил он Денисова.
— Все…
— Посмотри, чье удостоверение держишь!
Тишина вмиг сменилась взрывом хохота. Многие еще не поняли, в чем дело, но над промахом лучшего ученика смеются особенно охотно. На ладони Денисова лежало удостоверение милиционера, сидевшего за одним столом с Черкаевым.
Смех стих не сразу.
— Люди смотрят, сыщики наблюдают, — подытожил подполковник. Он сделал вид, будто не заметил уловки Черкаева с удостоверением. — Заметьте: наблюдательному человеку на платформе не нужно расспрашивать, скоро ли поезд, — он поймет это по поведению окружающих. На какой путь принимают состав — подскажет суета носильщиков. Их тележки точно отмерят границы вагонов…
Оставшуюся часть урока Денисов внимательно слушал преподавателя, но чувство досады не оставляло его. Ребята иногда оборачивались, чтобы посмотреть, как он там. Черкаев тоже оглянулся, подмигнул: «Знай наших!»
Подполковник проверял знания словесного портрета, особенностей строения носов и ушных раковин.
