— Ну да. От стартовой цены. Одни повышают черные ставки, за смерть. Другие — красные, за жизнь. Кто больше… что в зале творится… Не передать… Когда перед тобой живой окровавленный человек… Красивый человек… И от тебя все зависит… Это как наркотик!…
Алик налил себе «Абсолюта» и выпил, не предложив «песцу».
— Скажите, а те, кто за жизнь, побеждают иногда?
«Песец» подумал:
— Говорят, одна женщина… выкупила парня… и тут же его увезла… Говорят… А может, это легенда… Я был всего один раз…
— Действительно, легендарная женщина…
«Песец» вдруг тоже налил себе сам. Выпил и расхохотался вдруг:
— Самка. Просто отпала от мужика, от крови кончила… Захотела еще. За любые деньги… Самка.
Алик тоже посмеялся, глядя на него.
— Так вы Андрюшу хотели в это шоу предложить?
— А что? — распахнул красивые глаза «песец». — На такие бои попадают только самые лучшие бойцы. Есть еще юниоры для открытых соревнований. Ну там, турниры кикбоксинга, таэквандо… Якобы… Много разных крыш. На элитные бои попадают единицы. Вот Чен, кстати, два таких боя провел. В Штаты съездил и там в двух боях победил. Я видел его кассету: вот где класс! Здесь у нас, в Питере, провинция, вы правильно сказали. А там у Капитана Джо!… Там действительно конец света!
— Им и положено, — сказал Алик, — они действительно на конце света.
— У Капитана бойцы со всего мира: отборные парни! Цвет всех наций!…
— Кстати,— перебил его Алик,— а куда же они трупы девают? Под асфальт, что ли? Вы не спрашивали у Георгия Аркадьевича?
— Я не у него спрашивал. С этим у них все законно.
— То есть как это законно? Какой тут закон?
— С бойцом подписывают контракт, его ведь никто не заставляет подписывать. Все добровольно. В контракте все оговорено: сумма при победе и обязательства фирмы при несчастном случае, оговорены гарантии и страховка семье, похороны, расходы на перевозку и на цинковый гроб…
— А почему цинковый?
— Среди бойцов много приезжих. И с юга, и с севера, и с востока… Наши-то парни опустились как-то, спились в основном.— «Песец» поглядел на Андрюшу. — Вот Андрюша еще в форме. Я и хотел ему помочь, пока он на дембеле совсем не дошел, как мой кретин. Лучше уж в гладиаторы, чем в киллеры, правда, Андрюша?
Андрюша скривил рот и промолчал. Его выручил Алик:
— А как же они смерть оформляют? Извините, это я как специалист… по трупам…
— А очень просто,— охотно объяснил «песец»,— как погибших при несчастных случаях на тренировках, при авариях, случайные смерти от перегрузок… В контракте оговорены «особые условия работы»… Это не проблема, поверьте.
— Конечно, — тут же согласился Алик, — кого теперь чужая смерть интересует. Конечно…
«Песец» вскинул руку и поглядел на часы:
— Ого! Уже без пяти два. Алик, вы мне столько дел поручили. Я могу до восьми не успеть.
— Это не я вам поручил, — поправил его Алик,— это мы с вами вместе выработали план оперативных мероприятий. Ну, по последней, на дорожку!
Алик разлил по фужерам остатки «Абсолюта», но так хитро, что в бутылке осталось еще на заход.
— Ваше здоровье, Сергей Николаевич. Как говорили в старом фильме: «За нашу победу!»
«Песец» засмеялся искренне и открыто, совсем как в старом кино:
— А я хочу выпить за вас, Алик… Извините, что я вас так называю.
— Ну что вы?… Я ведь сам так представился.
«Песец» прищурился:
— Так вот, Алик… Я знаю, кто вы.
Алик, улыбаясь, смотрел в его прищуренные глаза и молчал.
— Никакой вы не бандит…
Алик кивком с ним согласился и ждал, что он скажет дальше.
— Вы контрразведчик! — выпалил вдруг «песец». — Настоящий! Я вам помогу расколоть Капитана Джо. Я сделаю это не из-за денег, мне ничего не надо. Я помогу вам ради моего детства, ради того святого, что было во мне.
«Песец» высоко поднял фужер:
— Я пью за вас! Я пью за КГБ! За единственную мою надежду!
— Ура! — тихо сказал Алик. — Только об этом никому ни слова.
— Да что вы! — воскликнул «песец» и тут же зажал рот ладонью.
Они выпили, и Алик пошел провожать «песца» в прихожую. Андрюша слышал, как они говорили у дверей о какой-то «стрелке» «на том же месте, в тот же час». Потом громко хлопнула дверь. Андрюша все еще тупо сидел за столом: впервые в жизни ныло под сердцем. Перед ним лежала свернутая вчетверо пожелтевшая заметка…
Алик вернулся на кухню озабоченный, взъерошенный. Долго шагал в носках от плиты к столу, громко тер щетину.
— Он меня с ума сведет, Андрюша, честное слово. У меня еще не было таких пациентов. Это уникум! Представляешь картину — психиатр, сошедший с ума от пациента?… Кошмар!… Где-то я просчитался… Чего-то недосчитал… Уже поздно… Ставки сделаны… Теперь ход Капитана Джо…
Алик сел за стол. И только тут заметил состояние Андрюши:
— Что с тобой, Первозванный? Да брось ты про этого ублюдка думать. Я же сказал, никуда он не денется. его найдут другие. Мне он не нужен… Что с тобой, Первозванный?
Андрюша развернул на столе заметку, пододвинул ее Алику:
— Ты просил тебя познакомить с ним… На… Знакомься…
Алик взял в руки заметку, снял черные очки и долго читал. Потом саданул ладонью по столу так, что посуда в шкафу зазвенела:
