Говорить Елена могла что угодно, Мира все равно видела, что адмирал не злится на нее. Елена и сама понимала, что с таким аргументом, как бомба возле центрального компьютера, ей будет проще держать кочевников на коротком поводке.
– Пусть отключит эту дрянь! – потребовал Отто. – А потом мы обсудим ее наказание!
– Наказание за что? – уточнила Елена.
– Она чуть не взорвала станцию!
– Такая бомба станцию не взорвет, – возразила Мира. – И я вообще ничего не делала, а «чуть» не считается. Чтобы так все было и дальше, мне нужно вводить в компьютер взрывного устройства специальный код, который знаю только я и который постоянно меняется, каждый день. Это, подозреваю, заставит вас и ваших детей десять раз подумать, прежде чем снова бросаться на меня или Гюрзу.
Мира знала, что играет с огнем. Но, собственно, в этом и была суть Плана Б: поиграть с огнем. Поэтому она избегала такого исхода до последнего, однако сейчас это стало единственным доступным ресурсом.
На сей раз адмирал предпочла подыграть ей. Она освободила Миру от ответственности, и, когда дверь открылась, Отто был вынужден отозвать своих детей до того, как они успели отомстить.
Хотя полной победой это не стало… Мира знала, что кочевники ненавидят ее так же сильно, как Гюрзу. Да они и не скрывали этого! Они не нападали на нее открыто, но то и дело мелькали рядом белесыми тенями, бродили за ней, останавливались вплотную, смотрели пристально – звериными кровавыми глазами. Они изводили ее, и кто-то другой уже поддался бы, а Мира терпела. Тут еще большой вопрос, кто выиграл: кочевники, устроившие ей травлю, или Мира, показавшая им, что не нужно быть маньяком, чтобы их не бояться.
Но других побед пока не было.
Состояние Сатурио Барретта оставалось стабильно безнадежным. Он не умирал только благодаря медицинскому оборудованию. Если бы его отключили от аппаратов, его бы не стало минут за тридцать. И это при всем грандиозном здоровье кочевника! Уже ясно, что без внешнего воздействия он не выкарабкается. Отто Барретт поставил на уши весь медицинский отдел, вынудив их искать противоядие, но особого прогресса пока не было.
Никто не мог сказать, какая участь ждет Гюрзу. Его тело восстановилось быстро – он тоже обладал отличным здоровьем, пусть и в человеческом понимании. Но травмы головного мозга – штука сложная и плохо прогнозируемая. Врачи честно предупредили: то, как сохранились его умственные способности, можно будет определить, лишь когда он очнется. Мира приняла эту версию, но на всякий случай запретила даже близко подпускать к нему Кети.
Ну а неприятней всего оказалось то, что ее начал сторониться Рино. Сколько бы Мира ни повторяла себе, что не нужно расстраиваться, это ее все равно задевало. Он понравился ей, и на том свидании они поладили, у них могло получиться нечто интересное, если не меняющее судьбы, то хотя бы делающее жизнь в Секторе Фобос чуть легче… потом вмешался Гюрза и все испортил. Мира не объяснялась с пилотом, да и не похоже, что он этого хотел. Они теперь существовали на «Виа Феррате» каждый сам по себе – вроде как с этого и начинали, но вместе с тем все было иначе.
Что же до Сектора Фобос, то он, сначала напустив на незваных гостей своих Сциллу и Харибду, дал им передышку. Несколько недель после опасного участка путешествие было самым обыкновенным, да и разведка не предвещала беды. Кто-то даже решил, что это повод расслабиться. Мира же не сомневалась: они столкнулись с затишьем перед бурей.
Ее догадки подтвердились, когда проснуться пришлось от вызова в пять утра – адмирал приказывала явиться в командный пункт. Мира не стала спрашивать, зачем, просто собралась и пошла. И так понятно, что подобный вызов не сулит ничего хорошего. Утешало лишь то, что на станции не звучала тревога, но еще большой вопрос, сколько это продлится…
Мира добралась до места встречи одной из последних и с удивлением обнаружила, что это не очередное общее собрание. Адмирал предпочла узкий круг, в который, по идее, должен был войти Альберт Личек, а вовсе не его подчиненная! Но то, что за Мирой закрылась дверь, намекало: ждать ее шефа не приходится.
Адмирал сообщила:
– Ранним утром наши дроны засекли впереди особо крупный объект.
– Опять? – поморщился Отто Барретт. – Что на этот раз?
– Определить это на расстоянии мы не смогли.
– На кой нам дроны, если они не работают?
– Дроны работают, – невозмутимо возразила Елена. – Просто переданные ими данные показались мне настолько невероятными, что я сочла их ошибкой. Я отправила туда Бернарди, чтобы он провел полноценную съемку объекта.
– Как он? – спросила Мира. Пожалуй, это было нелепо, но она не сдержалась. То, что Рино не участвует в совещании, почему-то напрягало.
– Бернарди все еще там, – пояснила адмирал. – Прошу, не задавайте вопросов, не относящихся к делу, лейтенант. Я вызвала вас до того, как он вернулся, потому что вопрос срочный. Подтвердились данные, полученные дронами. Мы вновь столкнулись с ситуацией, к которой никто из нас не готовился.
– Я начинаю думать, что в Секторе Фобос иначе не бывает, – вздохнул Овуор.
