Ранним утром Микиши провожали их в космопорту. Уже возле двери шлюза Никки обернулась и спросила: – А откуда я знаю песенку-говорушку?
Чей нос? – Саввин!
Куда ходил? – славить!
Что выславил? – копеечку!
Тобеа подхватила:
Что купил? – пряничек!
С кем съел? – один!
Нехороший, нехороший!
и сказала:
– Это моя русская бабушка наговаривала мне в детстве, а я – тебе… Айван, твой отец, вырос на берегу Чёрного моря. У него было много русских друзей, и он хотел, чтобы ты знала побольше о славянской культуре. Я читала тебе русские стихи и народные сказки. Правда, ты была так мала – удивительно, что ты запомнила эту говорушку…
И её расстроенно-счастливое лицо снова стало таять слезами.
Никки зашла в свою каюту, села в кресло и посмотрела в иллюминатор на рыжую стенку кратера и блестящие окна космопорта. Вдруг она явственно почувствовала, что за стёклами стоят и машут руками её старые друзья. И девушка поняла – у неё появился ещё один родной дом. Место, которое пропитано терпким до слёз прошлым.
«Верно, верно!» – взволнованно танцевали блики в комнате у бассейна.
В комнате её счастливого детства.
