– Сейчас я не могу сказать однозначно, но эффект «Пионера» должен зависеть от величины искривления траекторий налетающих на него волн. Эта кривизна определяется гравитационным потенциалом, который обратно пропорционален радиусу, – в отличие от гравитационной силы, равной производной от потенциала и падающей обратно квадрату радиуса. Но направление эффекта всё равно должно задаваться производной, то есть градиентом потенциала, потому что сам потенциал – скаляр и направления не имеет. Вероятно, эффект «Пионера» обусловлен удивительным фактом, что в нашей планетной системе доминирует гравитационная сила Солнца, зато галактический потенциал вокруг нас гораздо больше, чем солнечный!
– Клянусь Магеллановыми Облаками! – воскликнул Джерри, для математических извилин которого разобраться в паре градиентов было сущим пустяком. – Галактика выигрывает по потенциалу, но проигрывает по градиенту, значит, эффект «Пионера» направлен на Солнце, но если его величина зависит от почти постоянного галактического потенциала, то она и будет константой. Ты объяснила главную загадку аномалии «Пионеров»!
Юноша с искренним восхищением посмотрел на Никки.
– А почему крупные планеты не реагируют на гравитационное протоизлучение?
– Эта проблема проще коровьего мычания, затухающего в атмосфере, – отмахнулась Маугли. – И планета, и космический аппарат – это детекторы гравитационного протоизлучения, чувствительность которых зависит от размеров и состава. Небольшой аппарат – более оптимальный приёмник коротких волн, чем огромная планета, где эффект высокочастотных гравитационных волн быстро затухает. Возможно, тело меньшее, чем «Пионер», будет ещё лучшим приёмником… Надо подумать о практическом использовании аномалии «Пионера»!
– Практическом? Сквозь сладкий сон я слышал, что величина этого ускорения – около одной десятимиллионной доли сантиметра в секунду за секунду.
– Из-за давления гравизлучения межпланетная станция сносится от законной траектории на четыреста километров за год! Для такого сноса мощность гравизлучения, которое почти не взаимодействует с веществом, должна быть фантастической. На границе Солнечной системы аномалия достигает одной десятой процента от гравитации Солнца – жуткий скандал в небесной механике. Чем дальше, тем аномалия больше! Притяжение Солнца к центру Млечного Пути – наполовину эффект «Пионера». На галактических окраинах и в скоплениях галактик давление гравитационного излучения в ДЕСЯТКИ и СОТНИ раз превосходит ньютоновское притяжение. Мы нашли силу, которая держит звёзды!
Девушка взъерошенным леопардом металась по теннисному корту.
– Почему на уроках всё так скучно, а в твоём изложении – так интригующе? Я полагал, что космологическое – это
– Чтобы не вызывать разброд в юных мозгах, школьный учебник избегает передовой науки, где истина ещё только ищется.
– Чтобы дети не мучились сомнениями, их мозги надо засушить? – фыркнул Джерри.
– Вокруг нас, – Никки соединила ладони вместе, будто зачерпывала воду, – бездна реликтовой энергии, океан гравитационного протоизлучения! И почему его никто не искал?.. – Маугли внимательно глядела внутрь ковшика ладошек.
– Всё-таки ты очень умная девушка… А почему ты думаешь, что никто не пытался построить детектор для высокочастотного гравизлучения? – поинтересовался Джерри.
– Бородавки Юпитера! Это интересный вопрос… – задумчиво протянула умная девушка Ники. – Действительно, почему я так решила, идиотка?
Гуляя в выходные по Шрёдингеру, Никки с Джерри забрели в ресторан «Фаст-Фуд». Никки никогда здесь не была, и ей, любопытной, захотелось посмотреть.
Войдя в пустой – ресторан только что открылся – зал, они увидели, как возле кухни толстый лысый менеджер ругает подростков-официантов за то, что они составили несколько столов вместе и натащили туда журналов.
– Здесь люди едят, а не развлекаются! – кричал он на них.
– Что плохого, если они ещё и почитают? – пробовал возражать длинный рыжий подросток. – Они подольше просидят и снова что-нибудь закажут!
– Они будут торчать здесь весь день, занимая место! Вместо дурацких фантазий лучше бы прибрались в кладовках, там такой кавардак!
– Я стараюсь как могу!
– Вам не надо стараться, вам надо слушаться!
Никки села за столик и демонстративно кашлянула.
Менеджер сам поспешил к ним с приторной улыбкой из-под вспотевшей лысины.
– Добро пожаловать в наш ресторан!
Он ненужно поправил салфетки на столике и протянул тонкие книжицы.
– Пожалуйста, вот меню. Сразу что-нибудь хотите заказать?
– Принесите воды с лимоном и льдом. И я хочу, чтобы нас обслужил вон тот официант, – и Никки показала на рыжего подростка.
Менеджер не стал перечить: сделал рыжему знак и ушёл на кухню.
Никки подождала, пока официант разольёт воду по бокалам, и спросила:
– О чём ты спорил с толстяком?
Рыжий удивился, оглянулся на дверь, куда ушёл менеджер, и сказал:
– Я не должен обсуждать с клиентами внутренние дела ресторана.
