– Скажите, господин комиссар, были ли у Алекса с собой деньги?
Под Алексом Хаутон имел в виду Лонсдейла, который, как он поведал в ходе дальнейших допросов, будто бы представился ему при их первой встрече как командир корабля американского военно-морского флота Александр Джонсон, являющийся помощником американского военно-морского атташе в Лондоне.
Когда настала очередь допросить Джи, ее спонтанные ответы на вопросы показали, сколь наивной она была. В частности, ее слова: «Я не сделала ничего противоправного» были потом расценены как «весьма удивительные».
Не узнав ничего существенного, инспектор Смит вместе с сотрудниками Скотленд-Ярда Фергюсоном Смитом и Винтерботтом отправился в Рюслип, куда частенько наведывался Лонсдейл. Его заинтересовали эти непонятные посещения. Проехав чуть ли не через весь город, они наконец оказались в районе улицы Гренли-Драйв.
За одиноким домиком под номером 45 в конце улицы вот уже несколько часов было установлено плотное наблюдение. Смиту было лишь известно, что Лонсдейл, еще не опознанный как русский, довольно часто навещал живших там Питера и Элен Крогер. Питера соседи считали солидным преуспевающим книготорговцем. На вопрос, кто обычно посещал их в конце недели, Элен назвала с десяток имен, но Лонсдейла среди них не упомянула. Тем не менее ее ответы на дальнейшие вопросы дали инспектору несколько зацепок.
Когда она намеренно опустила имя Лонсдейла, инспектор понял, что Элен лжет, и потому решил продолжить разбирательство. На его слова, что они, скорее всего, будут арестованы, миссис Крогер надела пальто и взяла свою сумочку, сказав:
– Поскольку нас некоторое время дома не будет, я хотела бы проследить за огнем в отопительной системе, если вы не возражаете.
– Конечно, – любезно согласился инспектор, – но разрешите сначала взглянуть, что находится в вашей сумочке.
Поскольку она отказалась передать ему сумочку, ее пришлось отобрать силой.
В одном из отделений коричневой кожаной сумочки был обнаружен чистый конверт, в котором находились шесть страниц текста, написанного по– русски, стеклянная пластинка с тремя диапозитивами микрофильмов и код, отпечатанный на пишущей машинке.
В тот же миг миссис Крогер потеряла интерес к отоплению. Ее вместе с мужем доставили в ближайший полицейский участок в Хейесе, а группа специалистов приступила к тщательному обыску всего домика. Там они обнаружили целую коллекцию шпионского оборудования, довольно часто упоминавшегося в рассказах Флеминга[61].
Арест этих пятерых людей, столь тщательно подготовленный и чуть было не сорвавшийся, стал заключительным этапом длительного расследования по разоблачению и ликвидации крупнейшей шпионской сети в Англии. Даже после того, как агенты были взяты под стражу, расследование продолжалось для более полного выявления деятельности этой сети в то время, когда она еще была вне подозрений.
13 июня 1952 года при выходе из парка короля Георга в Вандсворфе полиция задержала двоих мужчин, просидевших вместе с полчаса на скамейке, под предлогом нарушения ими общественного порядка. Их доставили в ближайшее отделение полиции. Одним из них оказался молодой парень, работающий в телеграфном отделении министерства иностранных дел и проживающий в этом районе.
Звали его Уильям Мартин Маршалл. Был он почти двухметрового роста, сухощав и сентиментален подобно капризному ребенку, вылезающему из коляски и с удовольствием ползающему по полотну железной дороги. Вначале он отказался отвечать на вопросы полицейских.
Другим был основательно облысевший коренастый мужчина средних лет. Он оказался русским Павлом Кузнецовым и повел себя совершенно спокойно:
– Вы должны сначала доказать, что мы в чем-то виноваты.
