— Хорошо, — растерянно проговорила Асаара и попыталась уснуть. Она чувствовала себя неловко: с одной стороны, ей было приятно внимание Калах (и спать с теплой и мягкой гномкой под боком было очень хорошо), с другой — они производили странное впечатление. Потому-то, должно быть, стэну были… противны их отношения? Или, может, ему было противно поведение Калах, которая словно держала Асаару в собственности? Как только эта мысль пришла ей в голову, Асаара гневно распахнула глаза и выпихнула гномку из спальника.
— У тебя есть свой мешок, — объяснила она, — там и спи.
Хела почему-то расхохоталась. Гномка же смерила Асаару суровым и недовольным взглядом — но, хмыкнув, все же подчинилась. Кейр тихо вздохнул:
— Женщины…
Сердитый сон Асаары прервал смешок. Чуть приоткрыв один глаз, она увидела, что стэн и авварка поглощены беседой.
— Ты вот как думаешь, да? — отвечая ему, говорила Хела. — Знаешь, ты очень хорошего мнения о нас — и о нашем тане. Они только и ждали повода меня выгнать. Воинов таких, как я, в оплоте немало, а родить Имару сыновей я не смогла. Я бесплодна.
— Мне очень жаль, — тихо проговорил Кейр после паузы. Авварка только махнула рукой:
— Да тут жалей, не жалей — ничего не изменится.
— Не знаю, порадует тебя это или нет, но скверна тоже приносит бесплодие. Стражи могут зачать ребенка разве что чудом. Так что в этом плане Посвящение тебе не навредило.
Хела снова усмехнулась и мягко похлопала его по плечу.
— Умеешь ты приободрить, низинник.
Асаара закрыла глаза и попыталась заснуть, но сон не шел. Поэтому, отвернувшись в сторону, она продолжала слушать их разговор: уйти и дать им поговорить наедине значило нарушить свое алиби. Эту фразу она услышала то ли от Кейра, то ли от Сайласа.
— Знаешь, — сказал стэн, — моя мама тоже внуков хотела. А теперь вот брату придется за меня отдуваться.
— А сколько ему?
— Шестнадцать.
— А, ну самое время начать отдуваться, — тихо засмеялась авварка. — Жену-то ему подыскали уже?
— Да сам найдет, — фыркнул Кейр. — Мне в свое время пытались подыскать — так даже выбрать было не из кого. Девушки моего круга все сплошь… ну, представь себе внешность Эрики, заносчивость Калах, а умение постоять за себя — как у слуг-эльфов из Башни.
— М-да. И чем они берут?
— Богатством. Связями родителей. Иногда красотой, если повезет. А у вас, наверное, надо за руку девушки на турнире сразиться и убить соперника?
— Зачем? Просто приносишь дар — сначала богам, потом ее родителям. Если примут и против не будут — то женишься.
— Кто против не будет? Боги или родители?
— И те, и те.
Помолчав, стэн осторожно поинтересовался:
— Насколько я понимаю, вы богами называете духов? Как они могут быть против?
— Если боги что-то имеют против, они вмешаются. Вот я сейчас понимаю, что Отец Гор явно был против того, чтобы я за Имара замуж вышла. На нашей свадьбе всякая ерунда творилась. Но я тогда не обращала внимания, думала, что это просто природа шутит… нет, это мне боги знак давали. А я его проворонила.
— Интересно, — тоскливо усмехнулся стэн, — Создатель давал мне какой-нибудь знак, когда я в последний раз видел Элиссу?
— Это кто? Женщина твоя?
— Нет. — Он ответил словно через силу. — Моя невеста. Ее убили шесть лет назад.
— Ох ты. — Асаара отчетливо представила себе, как Хела неловко отводит взгляд. — Жаль, что с ней так вышло. Ты хотя бы отомстил ее убийцам?
— Нет. — Голос Кейра стал непривычно тихим. — Это за меня сделали Герои Ферелдена — Адвен и Амелл. Я хотел отомстить сыну мерзавца, который это сделал… а он оказался ни при чем. Ну и… знаешь, говорят, сын за отца не отвечает. Кажется, так оно и есть. Хотя вряд ли мы с ним когда-нибудь будем добрыми друзьями. До сих пор все напрягается изнутри, когда я его вижу… хорошо хоть в экспедицию нас не вдвоем сплавили.
— Погоди, — удивилась авварка, — так он из Стражей, что ли?
— Да. Это Натаниэль Хоу.
— Надо же. — Подумав, Хела проговорила: — Знаешь, а в нем есть что-то такое… странное. Как будто он тоже через себя переступает каждый раз. На турнире выглядел довольным, как сытый кот — а потом на пиру пил горькую. Изломанный он. Может, у него тоже невесту убили или кого там?
Стэн отозвался после долгого молчания.
— Не знаю. Но ты, кажется, неплохо разбираешься в людях.
— Толку-то? Я все равно их ненавижу. Все лезут со своими проблемами, все хотят в моем грязном белье покопаться — и, главное, никто не хочет про себя правду слушать. Что он рта закрыть не может, что она с мужчинами себя держать не умеет, что… а, ладно, чего уж теперь.
— Никто не любит про себя правду слушать, — усмехнулся Кейр.
Асаара удивилась, до чего похожий разговор был у нее со стэном. И тогда Кейр тоже говорил, что правду слушать никто не хочет, что все любят ложь… а Хела, выходит, тоже таланари? Она тоже та, кто всегда говорит правду? Если так, то им будет куда проще поладить, у них наверняка много общего…
— Ты глянь, она спит с открытыми глазами! Опять подслушиваешь, кунари?
Осознав, что она чуть развернулась в их сторону, так и не закрыв глаз, Асаара неловко сжала пальцы на ткани спальника.