– Пять с половиной минут под водой, – хладнокровно зафиксировал по хронометру Николай, – это рекорд Санкт-Петербурга.
– Ура! – закричали рабочие, а присутствовавшие при подвиге господа флотские офицеры вынули из ножен кортики и отсалютовали храбрецу.
Когда корабль подняли, Ярилов сделал немало дельных предложений по конструкции: по устройству балластных цистерн и насосов, по размещению вооружения. Николай также предложил изменить способ выставления мин:
– Выпускать мины через отверстие в днище лодки, «под себя», опасно – можно подорваться на собственном оружии.
– Что же делать? – озадачился Налётов.
– Надобно прорезать люк в кормовой части и выбрасывать мины так, чтобы не задеть части корпуса, винты и рули.
– Великолепно! – восхитился изобретатель. – Какое простое и остроумное решение! Вы гений, Николай Иванович.
– Всего лишь привык размышлять аналитически, – скромно заметил гимназист, – какие ещё у нас есть проблемы?
– Нет двигателей, – вздохнул Налётов, – я писал рапорт контр-адмиралу Витгефту с просьбой передать два керосиновых мотора с катеров, но он отказал.
– Мне не откажет, – улыбнулся Ярилов и в сопровождении могучего спутника отправился в штаб эскадры.
Вскоре вопрос был решён; подводная лодка успешно прошла все испытания и была готова к первому боевому походу.
– Мне нужен экипаж, – объявил изобретатель, – моторист у нас имеется, но требуются ещё два человека – командир лодки и его помощник. Дело непростое: нет опыта в подводном плавании. Корабль, погруженный в глубины океана, подвергается чудовищным опасностям: там темнота, холод, огромное давление, заставляющее прочную сталь жалобно скрипеть от перегрузок. Запас воздуха ограничен; и если что-то пойдёт не так, то никто не спасёт: ведь особенность подводного корабля такова, что он действует скрытно для противника, но и свои не смогут подать своевременной помощи, не зная, где искать «Портартурца»; да и сигнал бедствия передать нет никакой возможности. Словом, опасность смертельная. Есть ли добровольцы?
Доблестные морские офицеры, опытные кондукторы и матросы прятали глаза: они, несомненно, были храбрецами, но никто не имел опыта подводного плавания, и это не то что пугало, но неимоверно смущало.
– У вас есть экипаж, Михаил Петрович, – раздался невозмутимый голос, – я и мой друг готовы пожертвовать жизнью, если понадобится. Нам всё нипочём.
И вперёд выступил Николай Ярилов, сопровождаемый неразлучным товарищем Серафимом Купчиновым.
– Но хватит ли у вас знаний и способностей? – вскричали удивлённо присутствующие.
