Создание коммунистической партии в стране абсолютно противоречит нашим интересам.
Это повлечет полное подчинение России. Образование подпольной компартии должно стать невозможным.
Пока ситуация на Западе и Востоке остается неопределенной, следует остерегаться революций; как я написал товарищу Мустафе Субхи, ничего нельзя предпринимать без согласия правительства.
Конечно, мы не будем открыто выступать против коммунизма и большевизма…»
«Мы, — вторил ему официоз националистов „Национальный уверенитет“, — могли бы грубо заблуждаться в революционных принципах, если бы попытались применить в Турции методы России.
Большевистская революция не является образцом для всех коммунистических движений…
Слепая имитация плоха в любом случае, но особенно когда это касается революции».
Прекрасно понимая, что в покое его с подобными просьбами не оставят, Кемаль пошел навстречу большевикам.
«Решили, — писал он по этому поводу Али Фуаду, — что наиболее разумным и простым шагом было позволить создать турецкую компартию внутри страны с помощью надежных друзей».
Сказано — сделано!
Нади, Бехиш и некоторые другие «сомневающиеся» оказались окружены такими видными «коммунистами», как Исмет, Джеляль, Фуад, Рефет и, по некоторым сведениям, сам Кемаль!
А что ему еще оставалось?
Экономическая и военная помощь стоила еще одной политической интриги, и по его прямому указанию министерство внутренних дел зарегистрировало Турецкую коммунистическую партию, в которую вошли такие видные «коммунисты», как Исмет, Февзи, Али Фуад, Рефет и другие наиболее близкие к Кемалю люди.
В состав новой партии вошла «Зеленая армия», и Кемаль сразу попросил «товарища по партии» Этхема перевести «Новый мир» в Анкару.
Редакция отправилась по указанному ей адресу, а месяц спустя ее главный редактор был арестован и отправлен в ссылку.
В Москве в искренность Кемаля не поверили.
«Зная, что рано или поздно ему придется выдерживать борьбу с Турецкой коммунистической партией, — докладывали в столицу работавшие в Анкаре дипломаты, — и, желая сразу же приручить ее и из нарастающего стройного движения устроить путаницу, Мустафа Кемаль пустился на провокацию.
По своей старой практике борьбы провокационными методами с народниками и другими социалистическими течениями, он поручил своим ближайшим друзьям, нарастающей турецкой буржуазии и бюрократии состряпать вторую партию для поддержки правительства и борьбы с левыми течениями на платформе Третьего коммунистического интернационала.
Вот из каких слоев состоят эти, с позволения сказать, революционеры по характеристике турецких товарищей-коммунистов: Мустафа Кемаль-паша, как известно всем и каждому, колеблющийся политик и эгоист…
Аюп Сабри, торговец строевым лесом…
Хаккы Бехид, бывший министр внутренних дел, торговец и спекулянт строевым лесом…
Друг Кемаля, Хаджи Шюкрю, известный своей лживостью и беспутством…»
Что было делать в такой ситуации московским товарищам «коммунистов» Исмета и Февзи?
Только одно: благословить на поездку в Турцию лидера «истинной» Турецкой коммунистической партии Мустафы Супхи.
Мы уже рассказывали о том, что еще в 1914 году Субхи бежал в Россию.
В начале мировой войны его арестовали и отправили в ссылку на Урал.
Там в 1915 году он вступил в большевисткую партию и вел пропагандистскую работу среди турецких пленных.
После Октябрьского переворота Субхи работал в партийных организациях Москвы, Казани, Крыма и Ташкента.
Во время гражданской войны Субхи воевал комиссаром турецкой роты Красной Армии и участвовал в I-ом Конгрессе III Интернационала как делегат от Турции.
В мае 1920 года он переехал в Баку для организации пересылки марксистской литературы в Турцию.
10 сентября 1920 года на Первом общем съезде турецких коммунистов коммунистические группы Турции объединились и основали Коммунистическую партию Турции.
Мустафа Субхи был избран её председателем, а Этхем Нежат — генеральным секретарем.
После съезда Мустафа Субхи и его товарищи отправились в Анатолию, чтобы подготовить почву и условия для революции в Турции.
Но…
В ночь на 29 января 1921 года Мустафа Субхи, его жена и 12 ближайших соратников утонули в море вблизи Трабзона.
Виновников этого убийства, если это было убийство, не нашли.
Хотя…
Кому это выгодно?
Именно с этого вопроса римляне начинали расследования.
И не надо было обладать семью пядами во лбу, чтобы понять, кому было выгодно исчезновение Субхи.
Если он на самом деле не утонул.
А если утонул, то куда делся экипаж перевозившого их судна?
Тем не менее…
Одни предполагали, что это сделали жандармы, другие, что лодочники, подкупленные юнионистами.
Существует версия и о том, что Субхи и его товарищи были зарезаны капитаном и командой перевозившего их судна, и их убийство вошло в историю под названием «Бойня пятнадцати».
Почему тогда не допросили капитана, а стали гадать на кофейной гуще?
Поговаривали и о том, что эту акцию провели бывшие сотрудники «Особой организации» из правого крыла «Единения и прогресса».
Одним словом, если звезды зажигаются, то это кому-то очень надо…
Имел ли отношение к убийству Супхи и его товарищей Кемаль?
