В октябре 1927 года, деревня около Арарата определялась как временная столица Курдистана.
«Хойбун» обратился за помощью к великим державам и Лиге Наций и к курдам в Ираке и Сирии.
Араратское движение возглавил видный курдский патриот Ихсан Нури, который был послан в район восстания партией «Хойбун» в качестве чрезвычайного военного представителя.
В 1927 году он создал основы курдского государства.
Повстанцы имели свое знамя.
Кемаль отреагировал соответствующим образом, бросив на подавление восстания регулярные войска.
В течение 1928–1929 годов курды, преследуемые правительственными войсками, начали концентрировать свои силы в труднодоступных районах востока страны.
Главным убежищем курдов стала гора Арарат.
Здесь в ущельях находили убежище активные бойцы за национальное освобождение курдов, потерпевшие поражение в открытой неравной борьбе с правительственными войсками.
Постепенно повстанцы стали расширять зону восстания.
В середине мая 1928 года Великое Национальное Собрание Турции создало «примирительную» комиссию, в которую вошло 12 депутатов и несколько должностных лиц из восточных вилайетов.
Эта комиссия встретилась с курдской делегацией во главе с Ихсаном Нури в местечке Шейхли-Кепрю — на нейтральной зоне, отделявшей повстанцев от турецких войск.
Члены комиссии заверили Ихсана Нури, что правительство объявит всеобщую амнистию курдам, а ему предложит высокий пост в государстве.
Взамен курды должны были сдаться турецким войскам.
Курдская делегация отвергла предложения «примирительной» комиссии.
При этом она подчеркнула, что единственным условием прекращения борьбы может быть признание Турцией национальных прав курдов.
В итоге переговоры в местечке Шейхли-Кепрю закончились безрезультатно.
К началу 1930 года практически все северо-восточные вилайеты находились под влиянием повстанцев.
Араратский очаг курдского восстания начал расширяться.
Это встревожило Кемаля.
Официозное издание «Миллиет» 1 июня 1930 года вынуждено было признать, что всякое известие о волнении на Востоке создает за границей неблагоприятное впечатление о порядках в Турции и о силе турецкого правительства.
В свою очередь, оформившаяся к тому времени оппозиционная Либерально-республиканская партия во главе с Фетхи-беем пыталась использовать курдские события, чтобы показать несостоятельность и банкротство политики кабинета Исмет-паши.
Более того, некоторые депутаты ВНСТ требовали от Исмет-паши прекратить «братоубийственную войну».
Однако Кемаль привлек для разгрома повстанцев еще большие силы.
Так, только армия одного Салих-паши насчитывала 40 тыс. пехотинцев, 10 артиллерийских батарей, 550 пулеметов и 50 военных самолетов.
В результате правительственным войскам при поддержке авиации удалось в июне 1930 года оттеснить курдов в горные ущелья на ирано-турецкой границе.
В этот критический момент большую услугу Кемалю оказал Иран.
В мае 1930 года иранское правительство разрешило турецким войскам пройти через иранскую территорию и пройти в тыл повстанцам.
Для ликвидации восстания турецкое командование бросило крупные войсковые части.
Операция по подавлению восстания продолжалась месяц и была завершена лишь к концу июля.
Как и всегда в подобных случаях, началась ожесточенная расправа над курдским населением.
Каратели истребляли всех заподозренных в восстании.
В начале сентября турецкие войска начали при активном содействии авиации новое наступление на Кире.
Ихсану Нури и некоторым другим лидерам удалось уйти в Иран, а Ибрагим-паша Хасике со своими сподвижниками, оказавшись во вражеском окружении, продолжал, несмотря на суровую зиму, сражаться.
Однако, в результате жестоких боев он был убит, а оставшиеся в живых его сподвижники попали в плен.
Так завершился еще один этап героической борьбы курдов, продолжавшийся более трех лет в районе Арарата.
После подавления этого очага восстания газета «Миллиет» поместила иллюстрацию: на горе Арарат — могила, на могильном камне — курдская папаха.
На камне надпись: «Здесь похоронен воображаемый Курдистан».
«Кемаль, — писал Д. Неру в своем труде „Взгляд на всемирную историю“ о политике турецких правящих кругов в отношении курдов» — беспощадно подавил курдское движение и учредил специальные «суды независимости», судившие тысячи курдов.
Руководители курдов и многие другие были казнены.
Умирая, они призывали к созданию независимого Курдистана.
Таким образом, турки, совсем недавно боровшиеся за свою свободу, подавили курдов, добивавшихся свободу для себя.
Понятно, что сам Кемаль участия в боевых действиях не принимал.
А вот вывод сделал.
— Все, что случилось с немусульманскими элементами, живущими в нашей стране, — заявил он, — является результатом проводимой ими политики сепаратизма, политики, инспирированной иностранными интригами, и представляющей собой злоупотребление теми привилегиями, которые мы им представили…
Что же касается его поведения, то он лишний раз доказал, что между обещаниями политка и их реализацией лежит даже не дистанация огромного размера, а бездонная пропасть.
