– На сколько часов она опоздает?
Брент пожал плечами.
– На двенадцать… или восемнадцать, кто знает?
– Восемнадцать часов для «
– Ничего из того, что с нами происходит теперь, прежде не случалось, – устало констатировал опытный Брент.
– Но в Нью-Йорке нами будут недовольны! Во всем обвинят нас!
Брент снова пожал плечами. Месяц назад он счел бы такую несправедливость вопиющей, сегодня он стал мудрее.
– Думаю… – жалко протянул Митчем, – думаю, нам больше ничего не остается.
– Больше ничего, Дэйв.
– Господи! Почему все это случилось
– А кто такой Джон Голт?
Только в половине третьего ночи «
– Ну, и что? Для чего нас здесь оставили? – вскричал он и вызвал звонком проводника.
Как только движение возобновилось, его страх улетучился и обратился в гнев. Чалмерс чувствовал себя обманутым, как будто его просто так, шутки ради, заставили перепугаться. Его компаньоны по-прежнему сутулились за столиками в салоне, слишком перенервничав, чтобы заснуть.
– Надолго ли? – бесстрастно переспросил проводник. – До утра, мистер Чалмерс.
Потрясенный Чалмерс воззрился на него.
– Мы будем торчать тут до утра?
– Да, мистер Чалмерс.
– Но у меня сегодня вечером в Сан-Франциско съезд!
Проводник не ответил.
– Почему? Почему мы должны стоять? Что, черт возьми, произошло?
Медленно, терпеливо, с официальной вежливостью, проводник дал ему полный отчет о сложившейся ситуации. Но много лет подряд, сначала в школе, а потом в колледже, Кипа Чалмерса учили, что человек не должен жить, руководствуясь здравым смыслом.
– Будь проклят ваш туннель! – кипятился он. – Вы что, думаете, я позволю вам задержать меня здесь из-за какого-то несчастного туннеля? Думаете, из-за вашего туннеля можно нарушить важнейшие государственные планы? Скажите машинисту, что я должен быть в Сан-Франциско к вечеру, и он обязан меня туда доставить!
– Как?
– Это ваша работа, а не моя!
– У нас нет такой возможности.
– Так найдите способ, разрази вас бог!
Проводник не ответил.
– Думаете, я позволю вашим жалким техническим проблемам вмешаться в крайне важные общественные события? Да вы хоть знаете, кто я? Скажите машинисту, чтобы немедленно обеспечил движение, если ему дорога его работа!
– Машинист получил все необходимые распоряжения.
– К черту распоряжения! Сегодня
– Возможно, вам лучше поговорить с начальником станции, мистер Чалмерс. У меня нет полномочий отвечать вам надлежащим образом, – с этими словами проводник ушел.
Чалмерс вскочил на ноги.
– Послушай, Кип, – неуверенно произнес Лестер Такк, – может, и правда… может быть, они не могут этого сделать.
– Смогут, если их заставить! – огрызнулся Чалмерс, решительным шагом направляясь к двери.
Много лет назад, в колледже, его учили, что единственным эффективным средством, побуждающим людей к действию, является страх.
В обшарпанном офисе вокзала Уинстона он обнаружил сонного мужчину с обрюзгшим лицом и испуганного юношу, сидевшего за столом оператора. В молчаливом столбняке они внимали потоку столь отборного сквернословия, какого не слышали прежде даже от местных бандитов.
– …это не мои проблемы, как вы проведете поезд через туннель, сами выкручивайтесь! – заключил Чалмерс. – Но если вы не достанете мне локомотив и не отправите поезд, можете распрощаться с рабочими местами, с разрешениями на работу вообще и со всей вашей чертовой железной дорогой!
Начальник станции никогда не слышал о Кипе Чалмерсе и понятия не имел, какой пост он занимает. Зато он знал, что настали дни, когда неизвестный человек с неопределенным положением может обладать неограниченной властью – властью распоряжаться жизнью и смертью.
– Это зависит не от нас, мистер Чалмерс, – умоляющим тоном объяснял он. – Мы здесь не отдаем распоряжений. Приказы поступают из Силвер-Спрингс. Может быть, вы позвоните мистеру Митчему и…
– Кто такой мистер Митчем?
– Управляющий отделением Силвер-Спрингс. Может быть, вы пошлете ему сообщение, чтобы…
– Я не собираюсь связываться с каким-то управляющим отделением! Я пошлю сообщение Джиму Таггерту, вот что я сделаю!
Прежде чем начальник станции успел опомниться, Чалмерс повернулся к юноше и приказал:
– Ты, запиши и отправь немедленно!
Месяц назад такое сообщение начальник станции не принял бы ни у кого из пассажиров, правила это запрещали, но сегодня он больше не был уверен ни в каких правилах.
«Мистеру Джеймсу Таггерту, Нью-Йорк. Задержан на «
