— Спасибо, — кивнул Ит. — И второй вопрос. Девочка в момент происшествия была одна?
— Разумеется, — тут же попался Ковьелло. — Если бы её кто-то сопровождал, трагедии, вероятно, не случилось бы. Убийца бы не посмела…
— Оставим пока что трагедию, — покачал головой Ит. — Может быть вы, в порядке исключения, ответите на третий вопрос? Или хотя бы выслушаете его?
Ковьелло, нахмурившись, посмотрел на Ита.
— Какого рода этот вопрос?
— Он относится к законам планеты. Точнее, к нарушению одного из основных законов Окиста, про который, думаю, вам известно не хуже, чем мне, — сказал Ит тихо.
— О чём вы хотите спросить? — Ковьелло уже чувствовал подвох, но сообразил, что деваться некуда.
— Согласно общему положению о сохранности жизни потенциальных граждан, не достигших биологического возраста согласия, а именно — семи лет в соответствии с временны́ми характеристиками планеты, потенциальный гражданин и хотя бы один из родителей потенциального гражданина, обязаны находиться в комплексах повышенной защиты, — жестко произнес Ит. — Так же потенциальный гражданин не может без сопровождения покидать ни комплекс повышенной защиты, ни даже место проживания внутри комплекса. В исключительных случаях, когда потенциальный гражданин проживает вне комплекса, он не может покинуть место проживания без двух сопровождающих. Вы знакомы с этим законом? — спросил он. — Видимо, да, потому что ответить вам нечего. Далее. Вопрос. Где проживала покойная Таисси и её родители? В детском поселке, который находится почти в пятистах километрах от нашего дома? Или ещё где-то?
— В детском поселке, — лишенным всяких эмоций голосом ответил Ковьелло.
— В таком случае, не могли бы вы нам объяснить, каким образом четырехлетний ребенок преодолел расстояние в четыреста восемьдесят километров по горам и осеннему лесу, чтобы получить возможность оказаться у нашего дома, причем без сопровождения? — спросил Ит.
— Дети иногда убегают, — начал Ковьелло, но тут Скрипач не выдержал, и рассмеялся.
— Дети убегают? — переспросил он. — О, да. Дети действительно частенько убегают, например, сын Ри Торка, Ромка, очень любил удирать из-под надзора, и забираться на одну из елок, которые когда-то росли у дома. Вот только и его родители, и мы отлично знали законы, поэтому даже когда Рома удирал, за ним следили — и через Скивет, и визуально. Вы утверждаете, что Скивет не поднял тревогу, когда четырехлетняя девочка покинула не просто дом, в котором она жила с родителями, а детский поселок? Так, получается?
— Дети бывают талантливыми, в том числе и в техническом плане, — кажется, Ковьелло уже собрался и взял себя в руки. — Ребенок мог обмануть систему.
— Обмануть Скивет? В четыре года? — уточнил Ит. — Постойте-постойте. Как можно обмануть то, к чему у тебя вообще нет доступа? Ограниченный доступ к Скивет дети получают только в семь лет, после того, как покидают поселки, — напомнил он. — В четыре года дети не имеют представления о существовании Скивет, и это, между прочим, тоже прописано в законах. Как там было? «Для формирования адекватного восприятия окружающего мира», — процитировал он. — Скивет для детей до семи под строжайшим запретом. И причин для того множество. От неустойчивой детской психики, до искажения восприятия. И это правильный закон, — добавил Ит серьезно. — Очень правильный, как мне кажется. Свободный доступ в информационную сеть даже некоторым особенно чувствительным взрослым способен причинить вред, что уж говорить про маленьких детей. Мы знаем, Ковьелло, что ответов на эти вопросы мы от вас не получим, — Ит предупреждающе поднял руки. — Собственно, на ответы мы и не рассчитывали. Но те два ответа, которые вы нам дали, становятся основанием для ряда новых вопросов.
— Вы считаете южный совет дураками? — Ковьелло с сожалением посмотрел на Ита. — Вы думаете, что эти вопросы не были заданы в самом начале работы с данным делом? Разумеется, всё было выяснено досконально, и решение выносилось на основании проведенного расследования.
— И как же расследование ответило на вопрос о том, каким образом четырехлетний ребенок преодолел расстояние в четыреста восемьдесят километров, один, и оказался в месте, где ему в принципе быть не полагалось? — спросил Ит.
— А вот это вас не касается, — отрезал Ковьелло. — Думаю, на сегодня наш разговор окончен. Решение по вашему делу обсуждается, промежуточный вердикт будет вынесен, по всей видимости, летом, по северному полушарию, разумеется.
— Офигенно, — покачал головой Скрипач. — Теперь уже летом. Даже представить себе не могу, что в нашем случае можно обсуждать столько времени.
— Вы сомневаетесь в компетентности южного совета? — спросил Ковьелло.
