- Я спросила, что за люди твои спутники. Ты не ответила. Почему? Не можешь сказать о них ничего хорошего?
- Боюсь, что не могу, Хосеба...
- Вот как!.. Уж не они ли рыскали вокруг нашего лагеря на Синем озере?
- Думаю, что не они...
- Не они, так другие, похожие на них!.. Как же ты отправилась с такими людьми в сельву? С какой целью?.. Не отвечаешь? Что ж, дело твое. Но уж я-то не буду им улыбаться!
- Надо, чтобы улыбалась. При них я попрошу тебя помочь нам добраться до города, и ты должна будешь согласиться. Веди себя так, будто это друзья, а не враги.
- Вот видишь, ты признала, что они - враги! Ну, что скажешь еще?
- Скажу, что это наши общие враги - твои и мои. Но пока мы должны улыбаться этим людям!.. Ну-ка ответь, кто и зачем напал на ваш лагерь, ранил отца?
- Я не знаю, почему на нас напали. Мы никому не делали зла.
- Вы всегда были одни у Синего озера?
- Сейчас там только мы. Но еще несколько лет назад в районе озера можно было насчитать два десятка кокалей.
- Куда же они подевались?
- Не знаю... Но кокалей становится все меньше. Люди исчезают, и никто не возвращается... Ты думаешь, их увозят?
- Ты и сама так думаешь, Хосеба.
- Я мало смыслю в подобных вещах. А вот отец действительно встревожен, места себе не находит... Кто же нападает на жителей сельвы?
- Вот это я и должна узнать. Как видишь, мы с тобой размышляем об одном и том же.
Хосеба надолго задумалась.
- Хорошо, - сказала она наконец. - Говори, как надо вести себя с этими двумя...
3
Когда Хосеба и Луиза ушли, Коржов стал разводить костер, и вскоре затеплился огонек, потянуло дымком.
- Ну вот, - Коржов подсел к "гостям", достал сигареты. - Не желаете?
Лашке взял сигарету. Ловетти сказал, что хотел бы побриться. Можно это устроить?
Коржов сходил к автомобилю и принес бритву.
Ловетти включил кнопку пуска и стал водить бритвой по скуле.
- Итак, вы русский механик, - сказал Лашке, осматривая сигарету. - А это изделие?..
- Тоже из Москвы.
- Русский механик, русский автомобиль, русские сигареты... - Лашке прикурил от зажигалки, которую поднес Коржов. - И бритва ваша?
- Наша. Называется "Спутник". Кстати, первый искусственный спутник Земли тоже был русский, точнее, советский. Но вы поморщились, вас что-то не устраивает в этом перечне?
- Однако мне попалась сырая сигарета.
- Возьмите другую, - Коржов вновь достал пачку сигарет, но тут Ловетти, вскрикнув, схватился за щеку.
В следующую секунду Коржов поймал брошенную ему бритву.
- Ну вот, с одним из "спутников" мы разобрались, - усмехнулся Лашке. - Нет, новой сигареты мне не надо. Вряд ли она будет лучше первой...
- Как угодно, - Коржов невозмутимо спрятал пачку. - Сигареты могут нравиться или не нравиться. Это дело вкуса. А бритва вполне приличная, но у сеньора сильно отросла борода, только и всего.
Коржов убрал бритву и стал прилаживать над огнем котелок с водой, затем принес ящик с продуктами.
- Минуту! - сказал Ловетти. - Почему вы не спрашиваете, что же с нами случилось, как мы оказались в столь бедственном положении?
- У нас принято сперва накормить гостя. У вас иные порядки?
- Точно такие же! - воскликнул Ловетти. - Как ваше имя?
- Павлито.
- Так вот, Павлито, вы первый советский русский, с которым мне довелось познакомиться и разговаривать. И я считаю, что мне повезло.
- Вы никогда не были в Советском Союзе?
Ловетти вспомнил 1942 год, Крым, где обосновались боевые пловцы из "колонны Моккагата", свой уютный домик в Форосе, рейды на взрывающихся катерах и управляемых торпедах против советских транспортов с ранеными из осажденного Севастополя...
- Нет, - сказал он, ласково улыбаясь, - никогда не был в вашей прекрасной стране, но много слышал о ней, очень много...
Лашке и Ловетти быстро расправились с консервированными сосисками, опустошили банку тушеной свинины.
Утолив голод и чуточку захмелев, Ловетти разговорился. Коржов слушал его рассказ о происшествии в сельве и все больше удивлялся. За время общения с Хосебой он твердо усвоил, что лесные индейцы люди честные, не обидят человека, если тот идет к ним с добром. А здесь - такие страсти...
4
Хосеба согласилась подбросить до города Луизу и ее спутников. Коржов стал разбирать палатку. Ловетти и Лашке помогали укладывать багаж в вездеход.
- Что это? - Лашке показал на металлический ящик со шкалами и рычажками, укрепленный между сиденьями автомобиля.
- Рация, - сказал Коржов. - Приемно-передающая станция.
- Радио? - закричал Ловетти. - Чего же вы молчали?
- Как это - молчал? Вы спросили, я ответил. Мой шеф настоял, чтобы мы взяли с собой передатчик - мало ли что может случиться в сельве.
- И он исправен? - не унимался Ловетти.
- Перед поездкой я сам произвел проверку.
- Включите!
Коржов щелкнул тумблером. Осветились индикаторные лампочки настройки.
Лашке и Ловетти переглянулись.
- А... можно ею воспользоваться? - спросил Лашке.
- Конечно. Но куда вы собираетесь радировать?
- У нас тоже был передатчик. Мы взяли его в дорогу с теми же целями, что и вы. Я коммерсант, не могу жить без информации с фондовых бирж, которая идет потоком и ежечасно меняется. Вы понимаете меня?
- Очень хорошо понимаю.
