- Однако выдержал всю войну. И как руководил страной! А тут взял и умер. Конечно, бывают скоропостижные кончины. Но... сопоставьте обстоятельства. К весне сорок пятого года у американцев готова была атомная бомба. Позволил бы Рузвельт сбросить ее на японские города? Думаю, что нет. А влиятельным силам Америки атомный взрыв был необходим для устрашения России. Война победно завершалась - миновала необходимость в могучем русском союзнике, в перспективе он превращался в опасного конкурента... Нужен был в этих меняющихся условиях президент Рузвельт с его "новым курсом"? Думаю, только мешал бы тем, кто верховодит в Америке. Вот он и сошел с исторической сцены... Некоторые исследователи приводят такой факт: незадолго до кончины Рузвельта скоропостижно умер начальник его охраны. Говорят, это был "цепной пес" президента - в заботах о безопасности Рузвельта доходил до того, что пробовал кушанья, прежде чем разрешить прикоснуться к ним своему великому шефу.
- Предполагаете, что президент...
- Ничего я не предполагаю! - выкрикнул Хауг. - Перед вами факты. Оцените их, сделайте выводы. Вспомните, как погиб президент Кеннеди. Нет, я ничего не утверждаю. Мы вели разговор, только и всего.
Они стояли возле стола и глядели друг на друга.
- Я ухожу, - сказала Брызгалова.
Хауг кивнул и, когда женщина пошла к выходу, двинулся следом.
У двери они остановились.
- Зачем вы все это рассказали? - спросила Брызгалова, не оборачиваясь. - Хотите помочь мне?
- Ничем не могу помочь.
Она ждала, взявшись за ручку застекленной двери, выходившей на широкое крыльцо. Ждала, чувствуя у себя на затылке дыхание человека.
- Вы не должны работать на них, - послышался его голос.
Она резко обернулась. Хауг с безвольно опущенными руками стоял и глядел в пол.
- Помогите мне бежать, - сказала Брызгалова.
- Отсюда бежать нельзя. Остров окружен лагуной. Потом идет кольцевой риф. Когда-то в рифе имелся проход. Его завалили бетонными блоками. Лагуна стала замкнутой. Очень широкая лагуна. И в ней развели крокодилов. Много крокодилов. Все, кто попадает сюда, обречены...
Брызгалова глядела на немца с чувством жалости. Трусит и не скрывает этого.
Он вдруг рванул воротник сорочки, обнажив шею и на ней синий кольцевой рубец, страшный своей глубиной и уродливостью.
Брызгалова не могла отвести глаз от рубца. Чем же нанесена такая рана? Вдруг догадалась:
- Петля была из колючей проволоки?
Он заплакал - ткнулся в плечо стоявшей перед ним женщины и зашелся истерическими рыданиями, совсем как ребенок.
- Не осуждайте, - бормотал он, судорожно переводя дыхание, - не корите. Они сломали меня, сломали!..
Встретившись с его глазами, она поняла: если Хауга станут допрашивать - выложит все, что знает о капитане Мисуне и о ней самой.
Как же быть? Решение единственное - действовать немедленно, пока не вернулись главные хозяева острова!
Она толкнула дверь, сбежала по ступеням крыльца. За спиной слышала семенящие шаги немца. На ходу обернулась:
- Есть на острове какая-нибудь лодка?
- Ни одной. Были когда-то, но потом их утопили в лагуне.
- Как же бежать?
Хауг вскрикнул, остановился.
- Как бежать? - повторила Брызгалова. И прибавила: - Не беспокойтесь, никто никогда не узнает о нашем разговоре.
- Бежать нельзя. Разве что по воздуху. Но на острове нет сейчас самолета.
- Ведите меня в обезьянник.
- Зачем?
- Там русский моряк. Мы должны увидеться.
- Его нет в обезьяннике. Сейчас вечер, он у себя. Привести его к вам в дом?
- Да!
- Хорошо. Но все равно побег невозможен. Погибнете, только и всего.
- Знали вы человека по имени Бартье?
- Какой-то француз?
- Вот именно, какой-то. Это был великий человек. Он погиб, но не смирился.
- Погиб, ничего не добившись. Что пользы от такой смерти?
Брызгалова не ответила. Она и Хауг думали слишком по-разному.
- Идите за моряком! Прошу вас!
Хауг стоял, переминаясь с ноги на ногу:
- Вы в самом деле не выдадите меня?
Брызгалова стиснула кулаки.
Как ни странно, это подействовало на немца. Он ушел.
Брызгалова механически поднесла к глазам руку с часами. Из дома Хауга вышла, когда было около полуночи. Сейчас минутная стрелка уже миновала вертикаль.
Итак, воскресенье позади, начался первый день новой недели.
Девятнадцатая глава
1
Мигель вернулся, когда солнце уже стояло высоко. Поднимаясь на жилой этаж дома Сизовой, вновь оценил оперативное мышление и опыт его владелицы. Можно лишь удивляться тому, что в короткий срок она отыскала столь удобный особняк: два изолированных входа, да еще примыкающий к зданию разросшийся сад, в который легко проникнуть с двух улиц!..
Гостиная была пуста. Он осторожно приоткрыл дверь в спальню. Сизова спала - одетая лежала поверх одеяла.
Он должен был разбудить ее. Однако стоял в дверях и медлил. Подумав, отступил в гостиную, сел в кресло. Пусть поспит еще хотя бы десяток минут.
