Лаврову вдруг стало жалко посетителя. Этакий фанатик, одержимый идеей благотворительности.
- Вы откуда происходите, господин Орехов?
- Из одних с вами мест, уважаемый. Долго мытарствовал. Все же выбился в люди. С божьей помощью, разумеется.
- И семья у вас была... там?
- Была, - Орехов вздохнул. - Но и думать забыл о ней. - Он помолчал и вдруг сказал: - Я здесь дом купил - восемнадцать комнат.
- Куда вам столько?
- А сдаю комнатки-то!.. Дайте срок, и второй дом куплю. Дома - это верный доход. - Орехов запнулся от внезапно пришедшей мысли: - А сами не желаете?
- Нет, не желаю, - у Лаврова вдруг упало настроение. - И денег вашему обществу не дам.
- Настоятельно прошу подумать, господин Лавров. Нам ведь немного надо. Важно ваше имя в списке пожертвователей. Отказ вызовет недовольство многих важных особ...
- Нету денег. Да и некогда мне. Готовлюсь к отъезду.
- Смею спросить - куда? - Орехов переменил тон, теперь говорил резко, с вызовом. - Уж не в Россию ли собрались?
- А вот и нет. За океан уезжаю, в Америку. - Лавров встал, давая понять, что разговор окончен.
- Ладно, денег не даете, так хоть помогите одной нашей соотечественнице. Сильно занемогла, - будто спохватился Орехов.
- Кто такая?
На стол легла газета. Со снимка в центре первой страницы на Лаврова смотрела женщина в белом халате и белой шапочке. Она стояла на кафедре вероятно, читала лекцию. Под снимком было крупно набрано: "Профессор и доктор Анна Брызгалова: "Я выбираю жизнь в свободном мире!"
Лавров сразу узнал сфотографированную, хотя расстался с ней более четверти века назад. В ту пору на вокзале, при проводах воинского эшелона, она выглядела совсем девочкой...
- Что с ней? - спросил Лавров, стараясь говорить спокойно.
- Тяжко хворает. Едва ли не при смерти. Большевики охотятся за ней и за супругом. У нее - нервное потрясение.
- Чего же ее не лечат?
- Всякого врача разве пригласишь? Вдруг станет болтать, слух дойдет и до советского посольства.
- Ну и что, если дойдет? Чепуха все это!
- Не чепуха! - строго сказал Орехов. - Свидетельствую факт, что серьезно больна Анна Максимовна.
- И где же она находится?
- В доме одного моего приятеля. - Орехов перекрестился: - Христом богом молю, спасите бедняжку от гибели!
- Джоан!
Гибсон показалась на верхней площадке лестницы.
- Мой саквояж. Он в шкафу, уже упакован. Я еду к больной.
На улице Орехов распахнул дверцу черного "плимута". Лавров сел в кабину.
- Минуту! - сказал Орехов. - Я только позвоню: пусть знают, что мы едем.
Он вошел в телефонную будку и набрал номер.
Ответил Мерфи.
- Мы уже на улице, - сказал Орехов. - Едем к ней...
2
Мерфи придвинул аппарат и набрал номер квартиры Лаврова.
- Джоан Гибсон? - спросил он, услышав женский голос.
- Да, это я.
- В таком случае должен представиться: я Стивен...
- Поняла... Слушаю, Стивен.
- Нам надо встретиться. Я недалеко от вас. И знаю: его нет дома.
- Что ж, приходите.
Положив трубку, Джоан задумалась. Она не ждала этого звонка. Более того, никогда прежде не видела "Стивена". Но обязана была вступить в контакт с человеком, который назовет это имя.
Несколько минут спустя Мерфи позвонил у двери и был впущен в дом.
- У профессора очень мило, - проговорил он, оказавшись в кабинете Лаврова. Затем оценивающе оглядел Джоан: - И хозяйка вполне под стать убранству.
Джоан стояла и ждала. Казалось, она никак не реагирует на слова посетителя.
- Итак, вас можно поздравить с успехом? - продолжал Мерфи тем же тоном. - Ведь вы уезжаете?
- Да...
- Что ж, все получилось предельно ловко. А как же муж-миллионер, который отправился в Париж, чтобы купить там газету, а затем поедет дальше - в Ирак или куда-то еще?
- Вот оно что! - Джоан будто прорвало. - А я все думаю: что за каналья утыкала дом "клопами"? - Сунув руку в карман халата, выбросила на крышку стола пригоршню миниатюрных микрофонов с торчащими проводами: Глядите, сколько их было! И все - ваша работа? Последний я отыскала всего час назад - в ванной. Оказывается, вот вы какой, Стивен! Или мне уже не доверяют?
Мерфи пошевелил пальцем приборчики:
- Их разместили задолго до вашего приезда... Я контролирую Лаврова и вас. Кто-то контролирует меня... На этом держится мир, миссис Гибсон. - Он зажег сигарету. - Хотелось бы знать: дом во Флориде и полсотни обезьян не болтовня?
- Все это будет. Спросили б меня, так я бы дворец построила этому человеку.
- Еще бы, перекупить такого ученого.
- Вы хорошо представляете, чем занимается доктор Лавров? Думаю, не очень отчетливо. А он самый что ни на есть...
- Я все знаю о нем, - перебил Мерфи. - Сколько вам обещали за его голову? Надеюсь, порядочно?
- Больше, чем заработала за всю жизнь.
- Что ж... Вы возитесь с ним столько лет! Позавидуешь вашей выдержке. Но ведь дело стоит того, а? Значит, закончите - и можно на отдых?
- Мечтаю об отдыхе.
- Зря мечтаете. И до конца еще далеко.
- Почему вы так думаете? - встревоженно спросила Гибсон. - Возникли новые обстоятельства?..
