Данлоп медлил с ответом. Он тоже понимал, что Брызгалов сделал, что требовалось, и теперь не помощник, а обуза. На ум пришло сравнение с ракетой. Отработанную ступень сбрасывают, чтобы не тормозился полет всей системы...
- Ты говорил, у него страсть к автомобилям?
- Мечтает о "ягуаре".
- Вот чего захотел? - Данлоп пожевал губами. - А может, купишь ему?..
- Сам купит. Давно припас денежки. А я помог перевезти их сюда, Мерфи ухмыльнулся.
- Ладно, не возражаю. Только не влипни, как с зажигалкой. Во второй раз не прощу.
Мерфи вздохнул, потер переносицу.
- Знаешь, мне жаль женщину, - вдруг сказал он. - Держится здорово! Что ни говори, а такие вызывают уважение.
- Признаться, я подумал о том же. И что только связало ее с этим ничтожеством?.. Не сердись, что накричал на тебя. Старею, нервы не те... Нет, ты поработал! Только сейчас можно оценить, сколько вложено труда, чтобы соединить этих столь разных людей!
- Я не то еще сделал, - Мерфи хитро прищурил глаз. - Скажу, когда окончательно все прояснится. Да и ждать недолго - полчаса или час.
Наступило молчание. Некоторое время оба сосредоточенно курили. Потом Мерфи потянулся к телефону. Пока Медик хлопотал возле Анны Брызгаловой, Мерфи дважды справлялся у Евы Нортон, не вернулась ли сотрудница, посланная с поручением. Сейчас собирался сделать это еще раз.
Но тут телефон зазвонил сам. Говорила та самая сотрудница. Мерфи слушал, время от времени чуть наклоняя голову.
- Погодите! - Он обернулся к Данлопу: - Кэтрин Янг работала по моему заданию, вернулась с интересными результатами.
- Пусть войдет.
- Идите сюда, Кэтрин, - сказал Мерфи и положил трубку.
Кэтрин Янг оказалась "сборщицей налогов", навещавшей Лаврова утром этого дня. Сейчас она выглядела отнюдь не простушкой - уверенно вошла в кабинет, кивнула начальникам, бросила в кресло сумочку и берет.
- Мистер Данлоп, знакомо ли вам такое имя: доктор Алексей Лавров.
- Русский по происхождению, - подсказал Мерфи, - в войну был освобожден американцами из немецкого лагеря. Натурализовался у нас... Да вы слышали о нем: крупный ученый.
- Громкое имя в науке, шеф! - воскликнула Янг. - Конечно, вы читали о его опытах на гориллах!
- Так в чем дело?
Янг достала из сумочки снимок:
- Это фотография Анны Брызгаловой, сделанная сегодня. А вот репродукция с портрета девушки. Сравните снимки, шеф. Вам не кажется, что на обоих - одно и то же лицо?
- Пожалуй. Но что дальше?
- Портрет девушки висит в домашнем кабинете доктора Лаврова.
- Висит уже много лет, - подхватил Мерфи. - Скажу больше: профессор Лавров - сам автор портрета.
- Эта девушка - его первая любовь, - вставила Кэтрин Янг. - Они поклялись друг другу в верности, когда Лавров уходил воевать. А потом что-то произошло... Он утверждает, что потерял веру в нее. Но я по глазам его видела, когда он глядел на этот портрет: он и сейчас не забыл эту особу!
- Полагаете, любит ее и поныне?
- Кто знает?! Но учтите, профессор до сих пор не женат! - Янг взволнованно потерла ладони одну о другую. - Этот факт кое о чем говорит, не так ли?
- Вот как бывает в жизни, - пробормотал Данлоп.
Он по достоинству оценил важность того, что сделали Мерфи и его помощница. Судя по всему, Анну Брызгалову трудно сломить. Так, может быть, есть иной путь? В самом деле, русский эмигрант, ставший здесь большим ученым, хорошо устроенный и богатый, - это ли не пример для других!..
- Кто-то должен лечить Анну Брызгалову, - тихо сказал Мерфи. - А профессор Лавров занимается врачебной практикой... Пусть и лечит ее. Вдруг нам удастся свести их в постели!..
Данлоп включил транслятор:
- Ева, срочный запрос на досье русского эмигранта профессора Алексея Лаврова!
- Досье у меня, шеф, - сказала Ева Нортон. - Мистер Мерфи запросил его еще два дня назад.
- Так несите его! - Данлоп ухмыльнулся, ткнул Мерфи кулаком в бок: Дин, ты поразил меня!
Мерфи курил и счастливо улыбался.
- Фирма! - сказал он и скромно добавил: - Стараемся...
Шестая глава
1
Лаврову позвонил человек, назвался представителем благотворительного общества русских в эмиграции и попросил о приеме. Лавров назначил время встречи. Представитель прибыл точно в срок и сразу приступил к делу. Задачей общества, сказал он, является моральная поддержка и материальное воспомоществование эмигрантам из России. Никакой агитации или политики. Только помощь попавшим в беду людям.
- Зачем же "попавшим в беду"? - Лавров все еще держал в руке визитную карточку посетителя, в которой значилось: "Федор Н. Орехов, исполнительный директор". - Их что, гнали с родных мест?
- Здесь они попали в беду, - с надрывом сказал Орехов. - Овны господни, сирые и гонимые!..
С той минуты, когда Орехов переступил порог дома, Лаврову не давали покоя его вкрадчивые манеры и особый стиль речи. "Овны господни..." Конечно же перед ним был священник!
- И много в вашем обществе этих самых... сирых?
Орехов стал выкладывать на стол бумаги из портфеля.
- Вот, - бормотал он, показывая какие-то списки, - вот скольких уже облагодетельствовали.
- Деньги откуда берете?
- Пожертвования доброхотов, уважаемый господин Лавров.
