Он сидел на подоконнике и улыбался мне так, как мог улыбаться лишь он один. Окно было открыто: понятия не имею, как ему удалось это сделать, ведь всем в психбольнице было известно, что рамы заделаны наглухо. Впрочем, у меня не было времени размышлять над такими незначимыми вещами. Я с жадностью разглядывала гостя: белая рубашка, клетчатый пиджак песочного цвета, чёрные классические брюки, чёрно-белые ботинки… Отсутствие галстука как бы подчёркивало неформальность визита, но три кольца на десять пальцев рук и тщательно уложенные волосы, блестящие от помады, ни в коем случае позволяли назвать его вид небрежным. Самое знакомое и самое недостающее мне лицо было на расстоянии вытянутой руки: губы, пухлые, как булочки для гамбургеров, глаза, голубые, как два стакана с аполлолой; ресницы, каким позавидует самая сказочная принцесса… Мне нравилось в нём всё, даже следы от юношески прыщей на щеках, благодаря которым легче было смириться с прыщами собственными! Если бы мне предложили провести остаток жизни, глядя на это диво на подоконнике, я бы, не думая, согласилась. Ни в одном музее мира не было картины столь прекрасной, как та, что я завороженно лицезрела в эти секунды.
— Ну давай, детка, лезь же ко мне, — сказал Элвис.
Вне себя от восторга и ужаса, влезла я на подоконник. Села, вжавшись в стену, боясь тронуть нежданного гостя.
— Как ты попал сюда? — проговорила я, еле ворочая языком.
— Детка, я же Элвис Пресли, — сказал гость. — Один из самых богатых людей Западного полушария. Могу я позволить себе навестить свою самую горячую поклонницу?
— Я — самая горячая?..
Внутри я, конечно, всегда знала, что никто, даже чокнутая Фанни со своей землёй в кошёлке, даже те девчонки, кто посещает все концерты до одного, не любят Элвиса так, как люблю его я. Только он откуда это знает?
— Ну естественно! Ты же сама это чувствуешь.
— Да… Чувствую…
— Из моих фанатов ты самая искренняя. Я горжусь тем, что такая девочка, как ты, любит мои песни.
— Но откуда… но как ты…
— У меня есть источники.
— Ты, что, знаешь всех своих поклонниц⁈
— В наше время, когда небо всё набито сателлитами и спутниками, это не так трудно, дорогуша.
— И ты выбрал меня…
— Потому что мне было, с кем сравнивать!
— Боже!..
Это прозвучало словно предложение руки и сердца. Может, мерещится? Или я сплю? Щипать себя при госте было стыдно, так что я не придумала ничего другого, как ухватиться рукою за подоконник. На ощупь он был в точности подоконником. Моя кровать по прежнему стояла под ним, на тумбочке находился тот самый стакан, из которого я запивала вечернюю таблетку. Кровати девчонок тоже стояли там, где обычно, а их сопение звучало как настоящее. За окном, в темноте, проглядывали очертания того же вида, каковой я наблюдала оттуда днём. Но на этом окне сидел Элвис, глядел на меня сонным взглядом и улыбался своей знаменитой кривой улыбочкой.
Еще пару секунд он наблюдал за моим шоком, а потом как ни в чём не бывало сказал:
— Как насчёт убежать из психушки?
— Убежать? Но куда? — Глупо ляпнула я.
На самом деле я, конечно, была готова убежать отсюда куда угодно, а уж с Элвисом — хоть на край света, хоть к чёрту, хоть в Ленинград!
— Ко мне, — ответил он.
— К тебе? Что, в Мемфис, в Теннесси?
— Нет, у меня тут есть домик поближе, — он вновь улыбнулся. — Только я зову тебя не просто так. Есть одно секретное задание.
— Секретное? Что, сделать тебе сэндвич?
— Нет, серьёзнее.
— Два сэндвича?
Певец расхохотался. Я была довольна, что мой юмор ему нравится.
— Нет, детка. И даже не три. У меня есть задание от Президента. И тебя я хочу взять в помощницы.
— От Президента⁈ — я думала, больше уже не смогу удивиться, однако смогла.
— Ну да. А что такого? Думаешь, я способен только на то, чтобы дрыгать ногами и петь про плюшевого медведя?
— О, Элвис, нет, конечно!
— Я всегда хотел быть полицейским. А лучше секретным агентом. Ну, лучше всего, конечно, было бы стать супергероем из комиксов… Но я пока не понял, как это делается. Ты слышала, я был у Президента?
— Да! Тебя назначили агентом по борьбе с наркотиками!
— Это просто так по радио сказали. На самом деле я агент по сверхсекретным государственным заданиям. Ловко, а? Никто не догадается, что простой парень с гитарой — это тот, кто спасёт нашу Родину от коммунистов!
— А как ты спасёшь её?
— Об этом говорить пока не время. Ответь мне: ты готова убежать отсюда и рискнуть ради помощи мне и предотвращения ядерной катастрофы?
— Ты спрашиваешь! Тысячу раз да!
— Я так и знал! Ава, ты лучшая! Я понял это еще когда впервые увидел тебя там, в гостинице в Вилко, через окно!
— О, Элвис! Зачем ты тогда закрыл ставни?
— Потому что звёздам так положено. Не волнуйся, малышка, у нас впереди куча времени! Тебе лишь надо слушаться меня.
— Да! Я готова!
— Отлично. Тогда вот тебе маленькое предварительное задание. Никому не говори про мой визит. А завтра ночью я всё подготовлю и мы вместе убежим.
— Никому не скажу! Обещаю! Ты правда вернёшься?
— Вернусь, если ты будешь делать всё правильно.
— Я сделаю всё, что от меня требуется!
— Тогда слезай вниз, забирайся в кроватку и спи. До свидания!