Дракалес ожидал свою ученицу на том же месте — в чертогах тренировочных, держа в руках своих меч, который люди носят в двух руках, когда как стать Дракалеса позволяла ему пользоваться тем же клинком, держа его в одной руке. Это Золина поняла лишь только сейчас, когда предстала перед тарелоном. Владыка войны стал говорить с ней, и были слова его поучительны и преисполнены знаниями боевыми. Он помогал ей запоминать названия различных приёмов, обговаривал с ней всякую боевую мудрость. К примеру, использование размытого взгляда, правильность боевой стойки, отношение к противнику и прочие наставления, полученные от Уара, Татика и Лиера. Эти мысли были очень сложны, так что сознание девичье вскоре стало туманиться от переполняющих её разум знаний. Поняв это, ваурд сказал: «Что ж, на это мы и завершим тренировки» На что ученица его изумилась: «А чего это так? С Асаидом и Вихрем ты сражался, наставляя их при помощи побед над ними и словами мудрыми, а на мне ограничился лишь словами? Тогда я буду ходить всезнайкой, а руки меч держать не смогут. Кому я дам отпор в таком случае?» — «Забыла ты одно из поучений моих — что не нужно тебе поднимать ропот на мои методы, если даже покажутся они тебе лишёнными смысла. Не с проста таким образом я поступаю с тобой. И это вовсе не унижает твоего достоинства перед другими» — «Тогда какова же причина?» — «Сытость. После того, как человек отведал кушанье, не гоже браться за дело. Почему это так, мне не дано знать. Возможно, это ваша потребность, как сон, пища иль вода. Должно пройти ещё время, прежде чем ты сможешь сойтись в поединке со мной. А чтобы время это не прошло даром, я решил преподнести тебе тактические и боевые знания» — «Ладно, позже так позже» И они покинули тренировочный зал.
Всё то время Золина бездействовала. В голове её осталось ещё столько мыслей, что даже чтение книги, которую дал ей трактирщик, будет тяжким занятием, поэтому она составила Дракалесу компанию в прогулке по стенам города. В тот час светило уже садилось за горизонт, окрашивая закатное небо в багрянец. На востоке уже подступала темень. И ваурд непрестанно глядел туда, куда оно опускалось. «Прекрасно, не так ли?» — прервала молчание Золина. Дракалес отвечал ей: «Что есть прекрасно? Какое человеческое чувство выражает это слово?» — «Когда ты смотришь на закат, разве ты не хочешь что-то сказать?» Дракалес в очередной раз глянул на увядающий день и отвечал: «Никаких мыслей не возникает» — «Странно. Просто ты смотришь туда, как будто наслаждаешь этим видом» Чуть помолчав, ваурд отвечал: «Что есть наслаждение для человека? Тепло, что растекается по всему телу, и это хорошо для него. В моём понимании слово «наслаждение» имеет другое значение. Если вообще имеет место в моём существовании. Я наслаждаюсь войной и всяким её проявлением. Но это никак не значит, что в сражении с противником моё тело наливается теплом. Мой смысл — война. А потому исполнение моего предназначения и есть наслаждение» — «Мало что поняла из твоих слов, но ясно одно — закат красивым ты не считаешь» — «И это также не совсем верно, но более приближено к истине» Погрузилась в раздумья молодая воительница, но эти думы пришлось прервать, потому что Дракалес снова обратился к ней: «Почему ты принимаешь пищу?» Она чуть-чуть призадумалась, пытаясь понять, действительно ли она услышала то, что сказал ей сказал Дракалес. Когда молчание начало затягиваться, она всё-таки переспросила. Ваурд повторил вопрос и добавил: «Когда мы путешествовали по драконьим полям, я всё ожидал, когда же ты проголодаешься. Однако я не видел, чтобы твоё тело испытывало это чувство. Сколько времени прошло, но эта потребность в тебе не пробуждалась» — «И что? Ты хочешь сказать, я могу жить без приёма пищи?» — «Я смотрю на тебя и вижу: ты — человек, как все, кто тебя окружают. Но в то же самое время многим ты и отличаешься от них. Более того, думается мне, что в тебе есть нечто, какая-то частица и от меня. Но вот только неясно мне, откуда» Золина изумлялась, слыша эти слова и не могла поверить в это. Дальнейшие разговоры у них были об этом.
