— Ну, с чем пожаловал? — поинтересовался он. — Надеюсь, у тебя веские причины, чтобы срываться среди дня, мчаться на конспиративную квартиру. А?
Говорил он, вроде улыбаясь, однако Степан почувствовал в его голосе металлические нотки. Поэтому, что называется, «зашел с козырей».
Он достал из внутреннего кармана пиджака пластиковый футляр, раскрыл его и протянул Кириллу. Внутри футляра лежали два простых карандаша «Конструктор», один с одной круговой насечкой, другой с двумя.
— Что это? — не понял Кирилл.
— Артефакты, — ответил Степан. — С одной риской целительский, с двумя омолаживающий, — и уточнил, — условно омолаживающий. При активации артефакт на некоторое время активизирует регенерацию клеток организма.
Кирилл осторожно взял футляр в руки.
— Точно? Ошибки быть не может?
— Точно, — подтвердил Степан. — Только у них, так сказать, срок годности полтора-два месяца. Изготовлены нашим знакомцем две недели назад. Сам понимаешь, — он развел руками, — через месяц они могут силу потерять. Две недели я в запас учёл.
— Как ты их получил? — отрывисто произнес Кирилл.
— У нашего знакомца, — Степан избегал называть Антона по имени, — в деревне, где живут его дед с бабкой, есть интересные друзья — колдун, оборотень и ведьма. Ну, колдун не колдун, скорее травник, знахарь, в явном колдовстве не замечен. Работает лесником. Но лечит окружающих народными средствами, травами, припарками, даже лечебными грязями. Ближайший медпункт в 8 километрах в Коршево, у нас там приход есть. До него из деревни, особенно сейчас, добраться целая проблема. Да и сидит в медпункте одна медсестра, которая, по словам нашего тамошнего батюшки, уколы боится делать. Вот народ к колдуну и идёт за помощью. А он даже зубы лечит. Без бормашины! Батюшка Алексий направил к этому лекарю одного болящего прихожанина. Тот и принес вот эти карандаши. Говорит, выкрал, когда лесник отвлекся. Говорит, что надо карандаш сломать, чтобы он подействовал. Заклятье действует на того, кто карандаш ломает.
— М-да, — Кирилл закрыл футляр, положил его на журнальный столик. — Это точно? Не враньё?
— Нет, — Степан усмехнулся. — Карандашей было больше. Отец Алексий попробовал.
— На себе? — удивился Кирилл.
— На прихожанке одной, — засмеялся Степан. — Бабка у него в церкви свечами торгует. Так он ей карандаш с двумя насечками дал и велел сломать. На следующий день он ко мне приехал. Бабка, говорит, лет на десять помолодела. То едва ходила, костыль из рук не выпускала. Через два часа бегать начала, полы мыть в церкви начала!
Кирилл встал, постоял, подошел к окну, повернулся к Степану:
— Там, — он показал куда-то в сторону улицы, — как ты помнишь, было распоряжение, парня не трогать, забыть про него напрочь…
— Помню, — перебил его Степан, — вот только он сам мне с месяц назад позвонил и попросил помочь!
Кирилл было нахмурился, недовольный, что его перебили, но при последних словах Степана, улыбнулся и заявил:
— А это вот уже здорово! Это прекрасно! И что он хотел?
— Он попросил, чтобы я отвёз его вместе с матерью в Кутятино. Там до его деда с бабкой недалеко. Думаю, он к ним ездил.
— Хорошо! — повторил Кирилл. — Очень хорошо…
— И он меня назвал по имени-отчеству, — задумчиво добавил Степан. — А ведь я ему представлялся только по имени.
Кирилл сел, развел руками:
— Значит, он тебя знает.
Задумался и добавил:
— Хорошо это или плохо, трудно сказать. Надо быть готовым ко всему. Считай, что знает про тебя по максимуму.
— Комитетчики могли рассказать?
— Возможно, — согласился Кирилл. — Наш агент бездарно попал им в руки и наверняка всё им выложил.
— Его мать, кстати, интересовалась этим агентом, — хмыкнул Степан. — Похоже, он ей голову вскружил…
— Сверху поступило указание, — повторил Кирилл, — к пацану не лезть, забыть про него напрочь. Поэтому… — он выдержал паузу, — не лезь. Но присматривай за ним. Если опять выйдет с просьбой, обязательно помоги. И опять же, если вы случайно где-нибудь столкнетесь, пообщаетесь, никто тебя не осудит. Всё на свете предусмотреть нельзя.
Он положил руку на футляр.
— Если вдруг получится раздобыть еще такие… вещи, это будет очень здорово!
— Раздобыть, — усмехнулся Степан. — Отец Алексий за три карандаша выложил 300 рублей из своего кармана!
— Отдай ему обязательно! — перебил Кирилл.
— Отдал, — отмахнулся Степан. — Конечно, отдал. Просто он при этом изнылся весь. Как же, за дьявольские штучки да такие деньги отдавать…
— Кстати, — задумчиво произнес Кирилл, — может послать монахов туда разобраться с ведьмой да оборотнем? Как считаешь?
— Ни в коем случае! — отмахнулся Степан. — Сразу пацана против себя восстановим. Да еще и неизвестно, чем это кончится. Не дай бог, — он перекрестился, — парень мстить начнёт… Какой у него потенциал, кто знает? По лету у нас в городе непонятный случай был. Воровскую общину кто-то уморил, а потом пожёг.
— Думаешь, он? Этот мальчик? — недоверчиво спросил Кирилл. — Пацан и такое накрутил? Да ну… Не верится.
