(5) Рассказывают, что этот же Гней Флавий, сын Анния, пришел навестить больного товарища. Когда он вошел в его покои, там сидело множество знатных юношей. (6) Из презрения к нему ни один не пожелал встать перед ним. Эдил Гней Флавий, сын Анния, на это рассмеялся и, приказав принести себе курульное кресло, {74} поставил его на пороге, чтобы никто из них не мог выйти, и все они были вынуждены смотреть, как он сидит в курульном кресле". {75}
{74 Курульное кресло — складное кресло, украшенное слоновой костью; сидеть на нем имели право только консулы, преторы и курульные эдилы.}
{75 Fr. 27 Peter.}
Глава 10
Рассказ о сократике Эвклиде, на примере которого философ Тавр обыкновенно убеждал своих юных [слушателей] прилежно заниматься философией
(1) Философ Тавр, {76} муж, весьма прославившийся на нашей памяти в платонической философии, побуждая с помощью многочисленных благих и полезных примеров к занятиям философией, пожалуй, более всего волновал души юношей, рассказывая о том, что неоднократно проделывал сократик Эвклид. {77} (2) "Афиняне - говорил он, - издали декрет, по которому мегарский гражданин, если войдет в Афины, подвергается казни; столь великой ненавистью пылали они к соседнему народу мегарцев. {78} (4) Тогда Эвклид, происходивший также из Мегар, который до этого постановления весьма часто бывал в Афинах и слушал Сократа, после того как декрет вошел в силу, [стал действовать следующим образом]: к ночи, когда начинало смеркаться, облаченный в длинную женскую тунику, закутавшись в пестрый плащ и покрыв голову платком (rica), {79} он отправлялся из своего дома к Сократу, чтобы хотя бы на часть ночи сделаться участником его собраний и бесед, и на рассвете, одетый в то же платье, снова проходил обратно без малого двадцать миль. {80} (5) А теперь, - говорил он, -можно увидеть, как философы добровольно бегут к дверям богатых юнцов, чтобы обучать [их], и сидят, ожидая до полудня, пока ученики не проспятся после ночной попойки".
{76 Кальвизий Тавр — см. комм. к Noct. Att., I, 9, 8.}
{77 Эвклид Мегарский (450—380 гг. до н. э.) — ученик Сократа, основал философскую школу в Мегарах. В плане философских воззрений он примыкал к монизму элеатов, который пытался совместить с доктриной Сократа. Ему принадлежат шесть диалогов, фрагменты которых сохранились у Цензорина и Стобея.}
{78 Это постановление было принято в период Пелопоннесской войны (431—404 гг. до н. э.), на время которой приходится основная деятельность Сократа (470—399 гг. до н. э.), когда соседние государства Афины и Мегары оказались во враждующих друг с другом союзах полисов.}
{79 «Покрыв голову платком» (caput rica velatus) — собственно rica — четырехугольный кусок ткани с бахромой по краям, который женщины надевали во время исполнения религиозных обрядов.}
{80 Римская миля — 1478,7 м.}
Глава 11
Слова из речи Квинта Метелла Нумидийского, которые [мне] захотелось вспомнить, как напоминающие о долге строгой и достойной жизни
(1) Из речи мудрого мужа Квинта Метелла Нумидийского {81} можно не хуже, чем из книг и философских учений {82} узнать о том, что не следует сражаться с самыми порочными людьми бранью и бросаться с поношением на бесстыдных и негодных, поскольку ты сам окажешься совершенно равен и одинаков с ними, говоря и выслушивая равное и одинаковое.
{81 Квинт Метелл Нумидийский — см. комм. к Noct. Att., I, 6, 1.}
{82 Здесь, как и неоднократно у Геллия, авторитет людей, принимающих непосредственное участие в общественной жизни, противопоставляется теоретикам, носителям отвлеченных знаний: риторам (ср.: Noct. Att., I, 6; VI, 3, 17) или, как в данном случае, философам, проповедующим благоразумие, но не следующим собственным теориям (Noct. Att., II, 2; XVII, 19).}
(2) Вот слова Метелла, [направленные] против народного трибуна Гая Манлия, {83} который в присутствии народа на собрании раздражал его, набрасываясь с дерзкими речами:
{83 Речь Метелла направлена, по всей видимости, против народного трибуна 107 г. до н. э. Манлия Манцина, добивавшегося смещения Метелла с поста главнокомандующего в войне с Югуртой и назначения на его место консула Гая Мария (Sail. Jug., 73, 7). Некоторая путаница возникает с личным именем Манлия Манцина: Геллий называет его Гаем, в то время как в большинстве рукописей Саллюстия он именуется Титом, хотя некоторые также дают имя Гай.}
(3) "Теперь, граждане, что касается этого [человека]: поскольку он полагает, что возвысится, постоянно называя себя моим недругом, - он, которого я не принимаю ни как друга, ни как врага себе, - более о нем я говорить не собираюсь. Ведь я считаю его совершенно недостойным как похвалы, так и порицания порядочных людей. Ибо, заговорив о таком ничтожном человечишке тогда, когда не можешь его наказать, скорее окажешь ему честь, чем нанесешь оскорбление". {84}
{84 Fr. 6 Malc.}
Глава 12
