{23 Квинт Энний — см. комм. к Noct. Att., I, 22, 16.}
(4) Когда мы застали [этого человека] уже читающего при громких восклицаниях публики - а читал он седьмую книгу "Анналов" Энния, - то прежде всего услышали как [сей прославленный чтец] неправильно произносил следующие стихи:
Четвероногие кони (quadrupes equus),
а с ними слоны всею силою
Мчатся вперед. {24}
{24 Enn. Ann. V. 232 Vahlen. Перевод А. Я. Тыжова. В оригинале стоит единственное число (quadrupes equus), но, поскольку оно имеет здесь собирательное значение, при переводе словосочетание поставлено во множественное число («четвероногие кони»).}
И далее, прочитав еще несколько стихов, под всеобщие похвалы и поздравления [знаток Энния] удалился. (5) Тогда Юлиан, выходя из театра, [сказал]: "Каково ваше впечатление от этого чтеца и "четвероногого коня"? Ведь он со всей определенностью сказал так:
Четвероногие кони, а с ними слоны всею силою
Мчатся вперед.
(6) Неужели вы думаете, что имей этот [человек] хоть сколько-нибудь стоящего наставника, он сказал бы quadrupes equus (четвероногий конь), а не quadrupes eques (четвероногий всадник), что - как никто из числа усердно изучавших древнюю литературу не сомневается - и написано у Энния?". {25} (7) И так как некоторые из присутствовавших стали утверждать, что читали - каждый у своего преподавателя грамматики - quadrupes equus (четвероногий конь) и недоумевали, что означает quadrupes eques (четвероногий всадник), Антоний Юлиан сказал: "Я хотел бы, цвет молодежи, чтобы вы столь же внимательно прочитали Квинта Энния, как читал Публий Вергилий, который, последовав этому стиху, в "Георгиках" поставил eques (всадник) вместо equus (конь) в следующих стихах:
{25 Дискуссию об употреблении eques и equus воспроизводит Макробий (Sat., VI, 9, 8—12).}
Frena Pelethronii Lapithae gyrosque dedere,
Impositi dorso atque equitem docuere sub armis
Insultare solo et gressus glomerare superbos.
(Повод и кругом езда - от пелефронийцев лапифов,
И на коня, и с коня научивших наездника прыгать
В вооруженье, сгибать непокорные конские ноги). {26}
{26 Georg., III, 115—117. Перевод С. В. Шервинского.}
В этом месте equitem - если только кто-то не станет с невежеством и отсутствием тонкости чрезмерно изощряться - нельзя понять никак иначе, чем equus (конь). (8) Ведь многие в древнее время и человека, сидящего на коне, и коня, на котором он сидел, называли eques. (9) Вот почему даже equitare - глагол, образованный от слова eques, - применялся и к человеку, едущему на коне, и к коню, ступающему под человеком. (10) Притом и Луцилий, {27} прекрасно знающий латынь, говорит equum equitare в следующих стихах:
{27 Гай Луцилий — см. комм. к Noct. Att., I, 3, 19.}
Quis hunc currere equum nos atque equitare videmus,
His equitat curritque: oculis equitare videmus;
Ergo oculis equitat.
(Чем этот конь свой бег совершает и скачет,
Мы видим, тем скачет он и бежит.
Глазами, что скачет, мы видим. Значит,
Глазами он скачет). {28}
{28 V. 1284 Marx. Перевод А. Я. Тыжова. Перед нами поэтический софизм, основанный на смешении подлежащих «мы» и «конь», что приравнивает слова «глазами видим, что конь скачет» к словам «глазами конь скачет». Подобную словесную игру с осуждением отвергает в одном из писем Сенека (Epist., 48, 6).}
(11) Однако, - продолжал [Антоний Юлиан], - я этим удовлетворен не был, и чтобы считалось не сомнительным и двусмысленным, но чистым и ясным, что же написано у Энния - eques или equus, - я взял на время, не без труда и за немалую цену, книгу заслуживающей почтения древности, про которую почти с уверенностью можно было сказать, что она отредактирована рукой Лампадиона, {29} ради изучения одного стиха, и нашел, что там, в этом стихе, написано eques (всадник), а не equus (конь)".
{29 Гай Октавий Лампадион — римский грамматик, живший, скорее всего, на рубеже эр; издал и разделил на семь книг «Пуническую войну» Невия (Suet. Gramm., II, 4), а также, как явствует из текста Геллия, эмендировал «Анналы» Энния.}
(12) Это, наряду с многим иным, изложил нам в тот раз Юлиан, с эрудицией и в то же время с обходительностью. Однако то же самое мы обнаружили позже в письменном виде, в сочинениях для широкой публики.
Глава 6
О том, что Элий Мелисс в книге, которую озаглавил "Об особенностях речи" (а при издании заявил как "Рог изобилия"), написал нечто недостойное ни произнесения, ни выслушивания, утверждая, что различие между matrona и mater familias весьма условно
(1) На нашей памяти Элий Мелисс обладал в Риме самым высоким положением среди современных ему грамматиков, {30} однако в его сочинениях было больше хвастовства и σοφιστεία, {31} чем дела. (2) Он, кроме прочего, - а написал он много, - сочинил книгу, как при публикации казалось, славных наставлений. (3) Название этой книги весьма привлекательно для прочтения, ведь заголовок ее - "Об особенностях речи". Кто же после этого сможет считать, что говорит нормально и правильно, если не освоит в полной мере эти "Особенности" Мелисса?
{30 Тем не менее каких-либо иных упоминаний, кроме данной главы Авла Геллия, об этом человеке нет.}
