Это был самый сексуальный голос на Земле. Он продолжал меня манить, и я, даже не отдавая себе в этом отчёта, пошёл на него, как крыса на волшебную мелодию. Весь мир сузился у меня до крошечных размеров, все мои мысли были об одном: поскорее увидеть обладательницу такого чарующего тембра. Я шёл не разбирая дороги, то путаясь в лианах, то пробираясь через какие-то особо колючие кустарники, моя одежда местами порвалась, лицо и руки были все в царапинах и ссадинах, но всё это совсем меня не волновало, а ноги сами собой несли к источнику притягательного голоса.
Трудно сказать сколько по времени я так бродил, словно зомби в поисках мозгов, но внезапно лес отступил, открывая взору широкую реку с подвесным деревянным мостом.
Я очень сильно боюсь высоты, и при других обстоятельствах ничто не смогло бы меня заставить пройти по столь опасному ходорышному мосту, к тому же подвешенному над речкой на такой высоте, что захватывало дух. А здесь страх даже не возник, я просто шёл вперёд, не испытывая других эмоций, кроме желания прикоснуться к столь притягательной женщине. Лишь краем глаза я отметил, что на правом берегу реки стоит пагода, вокруг которой, как мотыльки, порхают в воздухе бумажные красные зонтики (не то сами по себе, не то их держали невидимки), а на левом стоит уменьшенная копия Великой Китайской стены.
Также я проигнорировал яркое пятно света, которое двигалось по дну водоёма, всё приближаясь и приближаясь к мосту. Вдруг всплеск – и в воздухе, обдав меня солёными брызгами, пролетел скелет китёнка, сопровождаемый стаей рыб с человеческими головами. Обогнув красивой дугой по воздуху мост, они снова прыгнули в родную водную стихию. Их окружал мерцающий жёлто-зелёный кокон света, яркий, как солнце. А я, представляете, даже не остановился, чтобы полюбоваться на это причудливое зрелище, просто шёл вперёд, пока не добрался до противоположной стороны.
Здесь меня снова ждал лес, и вот, миновав заросли каких-то папоротников, я увидел женский силуэт. Он двигался навстречу мне, и уже через несколько минут я увидел её… «Поступь нежная, тонкий стан» – о, Есенин, не той посвятил ты эти строки! Руки изящные, словно сделанные из фарфора. На плечи спускался каскад пушистых иссиня-чёрных, как ночь, волос. Её глаза были удлинённой миндалевидной формы. На ней было роскошное оливкового цвета кимоно, расшитое цветами. И я никогда, никогда прежде не видел таких красивых женщин. Она стояла напротив меня, в трёх шагах, я сделал первый шаг вперёд, и меня пронзило осознание того, что выглядел я после всех своих лесных похождений как самый последний бродяга.
– Мне не важен внешний вид, важно только внутреннее содержание, – точно прочитав мои мысли, сказала сладкоголосая сирена и сделала шаг по направлению ко мне.
Я сделал завершающий третий шаг и оказался к ней совсем близко, лицом к лицу, и только тут заметил, что девушка прикрывает нижнюю часть лица веером.
– Я красивая? – обольстительно спросила она своим неземным голосом.
– Да, очень! – восхищённо ответил я.
– А теперь? – спросила она, быстрым движением отбрасывая веер в сторону…
То, что я увидел вместо милой улыбки, заставило меня заорать, причём очень-очень громко.
Её лицо было обезображено уродливым рваным шрамом, который шёл от уха до уха, образуя страшную «улыбку», как у Гуинплена из романа Гюго4. Только сейчас я заметил, что оттенок её кожи изменился с обычного на мертвенно-бледный, с проступающими трупными пятнами.
– А теперь? Красивая ли я? – насмешливо спросило существо, обнажая заострённые акульи зубы и раздвоенный розовый язык.
Мне хотелось сказать ей, что теперь она страшнее атомной войны, что хуже неё только провести шесть часов подряд на концерте Стаса Мурчаилова, причём на первом ряду и с заколоченными наглухо дверями, чтобы нельзя было даже выйти. Но это, понятное дело мегапопадос, по крайней мере лично для меня, кому-то же нравится.
Я как парализованный застыл на месте, не в силах ни просто что-либо предпринять, ни даже подумать об этом.
Волосы на голове ёкай (так, как я узнал позже, называются все японские монстры) обрели самостоятельную жизнь и задвигались, словно щупальца чёрного спрута, на их кончиках выросли наросты, похожие на шипы и рыболовные крючки. Один из таких «крючков» зацепил меня за воротник, ещё несколько локонов в мгновенье ока обвили меня, точно змеи, и подвесили вниз головой, прямо над чудовищной пастью «красотки»…
«Блин, я за сегодняшний день уже второй раз оказываюсь подвешенным вверх тормашками, с этим надо завязывать, а то ещё, чего доброго, привыкну», – стал приходить в себя я, попутно осознавая, что потерял все свои вещи, включая ружьё и ракетницу, где-то в джунглях, пока летел на звук голоса чудовища, как работник за получкой.
– Я тебе задала вопрос! – напомнила леди-монстр, но её голос уже не был таким очаровательным, в нём слышались скрежещущие металлом неприятные скрипучие ноты.
– Отвечай, считаешь ли ты меня красивой теперь или нет? – повторила «симпатяга».
