Мы бежали очень долго, у меня от непривычно быстрого бега стало колоть в боку и сводить ноги, но мы продолжали бежать по заброшенному вокзалу, пока не уткнулись носом в тупик. Всё, перед нами была стена из кирпича, бежать было некуда.
Тек-Тек немного сбавила темп и теперь медленно подкрадывалась к нам, её страхолюдная мордочка кривилась в улыбке, предчувствуя пир из пяти блюд…
Жутковатое зрелище, я вам скажу, даже волосы в носу дыбом встали…
– Девчонки, кушать подано! – неожиданно для всех завопила половина гарной японско-китайской дивчины всю мощь своих гниющих лёгких.
К ней приблизилась неизвестно откуда взявшаяся, но очень красивая девушка с высокой причёской, в синем кимоно, разрисованном какими-то диковинными цветами и животными. Заметной частью её лица был очаровательный маленький ротик, но обольщаться её красотой я, уже наученный горьким опытом, не спешил, так как понимал, что передо мной, скорее всего, очередная замаскированная ёкай.
К подружкам подошла ещё одна инфернальная парочка: у одной была такая длинная шея, что была бы впору жирафу, а вторая шла семенящей походкой, нежно удерживая под мышкой свою собственную голову…
– А где Кутисакэ? – спросила Тек-Тек подружек.
– Не знаю, с утра её не видела, – ответила та, что показалась мне симпатичной. – Ну ничего, мы оставим ей кусочек. – Девушка повернулась спиной, распустила волосы, и у неё на затылке образовался огромный рот с тройным рядом крупных заострённых зубов.
– Покормите меня! – заговорила страшная пасть густым мужским басом, а её обладательница всё так же, не оборачиваясь, пошла по направлению к нам спиной, подружки пошлёпали вслед за ней.
– Пусть говорят, что дружбы женской не бывает, пускай болтают… – сама не зная почему, не то пропела, не то проговорила Аня.
В это самое мгновенье на кирпичной стене образовалась светящаяся золотистыми и серебристыми искривлёнными линиями воронка, она росла, росла, пока не стала настолько большой, что смогла, словно пылесосом, втянуть нас пятерых в себя. Мы оказались внутри беснующегося и завывающего вихря, который закружил нас с бешеной скоростью.
Глава 4. Зима, дракончик торжествует
Покружив нас в воздухе минут пять, портал (а это был он, я точно знаю, я такое в кино видел) выбросил всех на землю, усыпанную толстым слоем белого пушистого снега.
К счастью, силы, осуществившие нашу транспортировку из джунглей в зимние просторы, позаботились о нас и перебросили нас в тёплой одежде. Так, на мне сейчас красовалась неплохая на вид и тёплая по ощущениям дублёнка, угги, варежки и шапка с ушами, завязывающимися под подбородком. Подобным же образом экипировали и моих спутников. Позаботились даже о пяти комплектах лыж с палками. Очень мило с их стороны, спасибо большое. Кто-то даже доставил в этот мир потерянные мною в пылу похода по девочкам вещи, включая дорогое ружьё, выбранное охотником Ивановым.
Я потихоньку развязал завязочки на шапке, чтобы Аня не увидела меня в таком прикиде. Не знаю почему, но мне очень не хотелось, чтобы она думала, что я придурок.
– Как ты это сделала? – набросился на Аню, аки коршун, майор Беркут.
– Просто посмотрела на ёкай и решила спеть о женской дружбе, а песни я люблю восьмидесятых-девяностых годов, вот эта мне и вспомнилась.
– Так, понятно, значит для того, чтобы перейти из одного замкнутого мира в другой, нужно спеть зашифрованную песню из дискотеки восьмидесятых-девяностых. Наших зверей, кстати, здесь тоже нет… – сказал майор, включив свои хитрые приборы.
– Майор, мне кажется, что ваши выводы преждевременны. С песней может быть просто совпадение, – прервал солдата Кеша.
– Вот и проверим. Так, господа, срочно вспоминаем песни про зиму, нам нужно выбираться и из этого мира тоже, – распорядился Беркут.
Перебрав все известные нам песни зимней тематики, мы поняли, что это не помогает. Было решено двигаться дальше и действовать по ходу событий.
Погода тем временем начинала портиться: небо заволокло тяжёлыми чёрными тучами, в лицо навязчивым белым роем летели хлопья снега.
Впереди мы увидели три покрытые снежными шапками горы, по мере приближения мы обнаружили, что это совсем не горы, а гигантские каменные изваяния со множеством лиц и рук. Их размеры завораживали, они были настолько огромны, что я даже затрудняюсь прикинуть их рост в метрах, но ещё больше мне перехватило дыхание от осознания того, что они были живые. Все три исполина навзничь лежали на спине, не то во сне, не то в коме, жизнь в них можно было заподозрить только по шумно поднимающимся и опускающимся грудным клеткам.
– Это гекатонхейры – стражи титанов. Давайте побыстрее отсюда уйдём, пока они ненароком не проснулись и не раздавили нас, как насекомых, – сказал умный Кеша.
