- Продадим, продадим, - она торопливо утерла свой пятачок правой рукой справа налево, потом вынула платок и сморкнулась два раза, коротко, звонко и безуспешно, ибо соплей у нее тоже не было. - У нас все есть!
Не просто прокляну; медленно четвертую и отправлю на переподготовку. Но, тем не менее, контакт был установлен. Оставалось получить техническое обеспечение и документы.
- Ну, вот и славно. - Говорят, холод восстанавливает силы не хуже тепла. Хотя я бы сказал, что холод - это все-таки на любителя…
Малышка, наконец, продемонстрировала обе свои верхние конечности. Решила, наверное, что раз я представляю Контору, то грабить лавочку не стану. На запястье левой руки - бисерное украшение, дешевое, но очень красиво сплетенное.
- Я сейчас… уже почти все готово… я составила список заранее…
Она суетилась, а я пил чай, пытаясь разгрызть предложенные черствые баранки из сладкого теста, и одобрительно посматривал на кучку снаряжения, которая росла в свободном углу лавки.
Палатка (не новая, но хорошей марки), меховая парка-доха (шуба?..), такие же штаны-самостои, унты (странно, размер подошел, причем с учетом нормальных ботинок), какие-то брикеты и пакеты - с топливом, едой и прочими атрибутами местного быта, немного закопченный алюминиевый чайник (ничего себе!), пара ледорубов разного назначения и размера, еще свертки и пакеты. “А снегоход снаружи”. Это хорошо, - а то я себе представил марш-бросок со всем этим добром на спине.
- … И вот ваши документы. Самый лучший уровень Бриллиантового карьера, место недавно освободилось. Старательские права на три месяца, - Веснушка протягивала мне пакетик с пластиковыми карточками.
Я потянулся, приводя организм в более бодрое состояние. Встал.
- Как вас зовут?
- Лилия, - стеснительно сообщила девушка.
- А меня, - я достал одну из карточек, повертел. Ну, надо же. - Кристофер Блейк.
- Я знаю, Крис… заходите, если будет еще что-то нужно, - пролепетала Лилия.
Ну что же, уважаемый господин Блейк… Спасибо отделу информации, что сохранил мое собственное имя. Впрочем, не было никакого смысла его менять - имя-то популярное, может происходить как с Геи, так и еще с трех десятков миров. А фамилия широко расползлась вместе с неугомонными земными первопроходцами Блейками, хотя я мог бы с успехом оказаться Кристофером Ивановым, Кристофером Мартином или Кристофером Хенриксоном.
Геяне и выходцы с Геи обеспечивали отличную легенду. Они были везде, занимались всем, и прославились способностью проникать в самые непредсказуемые места. Немало их находилось и тут, на Грезе. Как правило, обнаружив геянина, даже суровые спецы и безопасники сникали и начинали скучать - просто по причине неугомонности этого народа. Ааа, снова Гея, ну понятно…
Вокруг фактории было расположено как минимум десять карьеров, сверху, из аэробуса, напоминавших огромные глубокие блюда с полосками Лент по краю. Я спросил, какая из дорог ведет к Бриллиантовому, выбрал один из снегоходов и двинул в путь.
Мой участок оказался помеченным электронным маячком и находился на втором витке Ленты, считавшемся самым перспективным. Палатку надлежало установить на Ленте, пользуясь местными правилами и схемами - так, чтобы не мешать проезду снеговозов; и, естественно, установив, приступить к труду.
…Весь остаток моего первого дня на Грезе я выкладывался по полной программе. Так, наверное, должен был действовать старатель, которому в самом начале разработок здорово повезло с драгоценным медальоном. Мой энергоресурс конторка “Все есть” (а может, самолично Лилия) распределила грамотно: из механизмов - транспорт, зато стенку долбим вручную.
Вспотел, устал; два раза подзывал снегоуборщиков - один раз давешнего мужика с бородой и собаками, второй раз негуманоида с чем-то вроде летающего мини-экскаватора и тачкой. Каждому пришлось дать по монетке. Автоматической снегоуборочной машины, которую, по идее, оплачивали все старатели путем налогов, я почему-то не дождался, а засорять отвалом Ленту было строго запрещено.
Как только шиха свернул свою обогатительную деятельность, и я закруглился. В палатке наспех переоделся. Мое временное жилье отлично держало экономные, но достаточно комфортабельные плюс восемнадцать.
Затем еще раз внимательно рассмотрел медальон.
Герб на нем был немного поврежден, но вполне различим, даже в деталях. Три мерлетки. Правда, в случае с Энифом тут подразумевались не земные утки и не средневековые крестовые походы, а серые хохлатые лебеди - энифские, разумеется, - и число поместий, принадлежащих данной семье, расположенных как внутри, так и вне метрополии.
Что-то вертелось в голове, да не всплывало. Ну не мог же я помнить геральдику самых сложных миров в деталях. Понятно, что не простая семейка… само разрешение на размещение хотя бы одной мерлетки - уже весьма серьезно… похоже, королевский или дочерний королевскому род.
Как я ни бился весь день со снежными и ледяными отвалами, но не нашел ни обрывка цепочки от медальона, ни другой золотой мелочи. Ни камушка, ни жемчужинки. А уже захотелось. Вот она, жизнь старательская. Азарт - дело наживное.
