- Расстроен? - Я рассмеялся. - Я взбешен! Меня делают как детку! Рок вас всех побери… и тебя с твоим прикрытием тоже, Марита, как можно добровольно лезть на доску! Ты просто ума лишилась! Видишь, двойника мы уже потеряли… Кто был двойник?
- Микаэль.
- Так. Приятно, что взяли юнца, но недопустимо, что он погиб… мне в двойники пора бы брать хотя б тридцатилетних! А ты, Марита?..
- Крис… Я просто не могла тебя отпустить. Я же твой напарник.
- Ну-ну, - сменил я гнев на милость. - Выберемся отсюда, разберемся. Пока просто спокойнее. Прямой приказ покинуть Грезу отдать?
- Я сказала - не дождешься, - Марита упрямо нагнула голову.
- Анджи, - я взял ее за плечи. - На доске мне и играть надо будет жестче. Ты готова?
- Крис… конечно… - Она с облегчением прильнула ко мне.
Я едва заметно вздохнул. Перелом ноги ей устроить, что ли?
- Еще, - выпрямилась и отстранилась Марита.
- Да?
- Джек. Крис, он не в игре. Это просто юнец…
- … с больной мамой, - недоверчиво протянул я. - Марита, я не первый день работаю. Он почти идеально мне подставлен, так что…
- Поверь, Джек не в игре. Не надо. Он хороший парень, - сказала Марита.
Я молча смотрел на нее. Все интереснее и интереснее.
- И еще Лилия.
- А Лилия-то что? - буркнул я.
- Крис… Ей жить и жить. Не вмешивайся. Тебе этого не надо.
- Не понимаю, о чем ты…
- Не трогай ее.
- Может, ты ревнуешь? - с надеждой спросил я.
Марита грустно покачала головой. Грустно, но… отрицательно. Но потом спросила:
- А ты?
Я не успел ответить. Лилия, Оллэна и Джек подкатили к нам, держась за руки. Детский сад на выезде, куда деваться…
- Отличная идея, господин Нэль! - воскликнула Оллэна. - И впрямь, весьма запоминающееся мероприятие! И роскошный лед… как будто отполирован…
- Просто замечательно! - Видно было, как Лилии хочется снять респиратор.
- Мы накатались! - Немного тревожно сказал Джек, поглядев на Мариту. - У вас ничего не случилось?
- Нет, - легко ответил я. - У Мариты немного респиратор отошел. Тошнит. Если накатались, давайте улетим на безопасную высоту.
- У меня есть запасной респиратор в глайдере, - сказа Оллэна. - Даже несколько. Но мне тоже достаточно острых ощущений. Давайте-ка убираться из этого милого местечка.
А спустя двадцать минут, на одной из окрестных возвышенностей, мы жарили на примусе, заправленном вечным топливом, колбаски из натурального мяса, привезенные Оллэной, ели их с соусом из настоящих растений, вином и свежим хлебом. Что может быть лучше?..
И пусть внизу, в долине, был Синий лес…
Я стоял на доске, и невольно вытащил на эту же доску всю честную компанию. Но это, Великие Коридоры, был один из самых запоминающихся пикников в моей жизни.
Я сам не заметил, как мысленно начал говорить. Даже повествовать. Возможно, в подсознании сработала сказка, рассказанная Джеком в самом начале моего пребывания на Грезе…
И мне тоже хотелось придумать сказку. Пусть и для себя самого…
“Давным-давно одним древним народом было изобретено нечто. Это нечто было помещено в храм, потому что было оно важным и особенным. Много раз нечто переходило из рук руки, пока, спустя тысячелетия, не оказалось, наконец, у человека, который захотел выставить свое сокровище на всеобщее обозрение. А этот человек был большим фантазером, взял и написал, что в шкатулке хранится вещь, способная сделать счастливым каждого, да так, чтобы никто не ушел обиженным. А глупые дяди вроде моего командования вообразили, что шкатулке и впрямь лежит что-то серьезное. И послали меня, чтобы я это забрал, чтоб эту вещь не купил на аукционе кто-то другой. И не дай Рок, не открыл бы шкатулку…”
История выходила странная, лишенная изящества. Вряд ли стоило предавать ее гласности. Кроме того, она была лишена конца, вывода, морали.
Спутники мои неспешно беседовали.
Я сам помалкивал, уйдя в невеселые мысли относительно того, что мне сообщила Марита, мимоходом отметив, что и Оллэна выпила вина. Так уверена в своем водительском таланте? Надо будет, на всякий случай, сесть рядом…
Марита же вела себя как заботливая мамочка - разбиралась с едой, салфетками, напитками… вообще говоря, я мог бы поручиться, что Оллэна старше. Не намного, но старше. Но многолетняя привычка мицарки к обслуге давала себя знать, - она как должное восприняла тот факт, что кто-то взял все хлопоты на себя. Кроме того, Анджи так делала часто, мелькнула у меня мысль. Брала все хлопоты на себя и делала удобно и комфортно - лично мне, или группе, относясь к здоровым опасным мужикам как к неразумным деткам. С Анджелой любили работать абсолютно все. И все воспринимали ее ненавязчивое, но всеобъемлющее внимание как должное. А часто ли ей говорили спасибо?..
Джек старался изо всех сил, развлекая девушек, пытаясь не упустить никаких деталей происходящего. А что, подумалось мне, парень не совсем уж бесполезный балласт. Надо будет выяснить, чей он все-таки. Стажируется?..
